— Подожди минутку, — сказала она Эндеру. — Армия Кроликов только что зашла туда, понадобится несколько минут, чтобы сменить комнату баталий.
Эндер сел рядом с ней.
— Ведь процесс гораздо сложнее, чем просто переключение с одной комнаты на другую, — сказал он, — например, почему здесь в коридоре есть гравитация, а там нет?
Петра закрыла глаза.
— И если комнаты пребывают в свободном дрейфе, то что происходит, когда одна стыкуется с коридором? Почему она не начинает вращаться вместе со школой?
Эндер кивнул.
— Это тайна, — произнесла Петра многозначительным шепотом, — не пытайся совать свой нос в таинства армии. С тем, кто последний раз проявил излишнее любопытство, произошла ужасная вещь. Его обнаружили в туалете подвешенным за ноги и головой опущенной прямо в клозет.
— Значит я не первый, кого заинтересовал этот вопрос.
— Вот и запомни это, малыш.
Когда она произнесла слово «малыш», оно прозвучало крайне дружелюбно, а не оскорбительно.
— Они никогда не скажут тебе больше правды, чем это нужно. Но любой младенец с мозгами понимает, что науки и научное видение изменилось со времен старого Мазера Рекхема и Победоносного Флота. Совершенно очевидно, что мы можем контролировать гравитацию. Убавлять и прибавлять, менять направление, возможно даже отражать ее — я уже думала о массе совершенно очевидных вещей, которые можно проделывать с гравитационным оружием и гравитационными передачами на космических кораблях. Можно производить отторжение и отрывы больших кусков путем отражения гравитации собственной планеты только в противоположном направлении и фокусировке ее на ограниченном маленьком участке. Но они ничего не говорят об этом.
Эндер понял гораздо больше, чем было сказано. Манипуляции с гравитацией это одно; обман и притворство офицеров — это совсем другое; но самая суть заключалась в ином: взрослые — это враги, а не другие армии. Они никогда не говорят нам правды.
— Пошли, малыш, — сказала она, — комната баталий готова. Руки Петры тверды, и все враги будут мертвы.
Петра засмеялась:
— Знаешь, как они меня называют: Петра — поэт.
— Они так же говорят, что ты глупая, как гагара.
— Лучше верь этому, кнопка.
В сумке она тащила десять мишеней. Эндер держался одной рукой за ее костюм, а другой — за стенку. Она уверенно разбросала их по разным направлениям. В нулевой гравитации они взлетели, каждая по-своему.
— Следи за мной внимательно, — скомандовала она.
Она оттолкнулась от пола, умышленно вошла в штопор; несколькими едва заметными движениями руки остановила и зафиксировала тело и начала тщательно прицеливаться в одну мишень за другой. Когда она попадала, свет мишени менялся от белого к красному. Эндер знал, что измененный свет будет держаться менее двух минут. Только один шарик успел опять побелеть, когда она подстрелила последний.
Она подлетела к стене, рикошетом отскочила от нее и на большой скорости вернулась к Эндеру. Он поймал ее и удержал от столкновения с собой — один из первых приемов, который он освоил еще новобранцем.
— Ты просто виртуоз, — с восхищением сказал он.
— Ничем не лучше остальных. А теперь будем учиться, как это делается.
Петра научила его держать твердо руки, целиться прямо в цель.
— Большинство солдат не осознают, что чем дальше от тебя мишень, тем дольше и продолжительней необходимо удерживать пучок внутри двухсантиметровой круговой прорези. Разница между десятыми долями секунды и полусекундой кажется совсем ничтожной, но во время боя это очень длительный интервал. Многие считают, что неизбежно промахнутся, если окажутся прямо напротив мишени, они начинают удаляться слишком быстро. В общем, твое оружие — это не шпага, шик-шик и все. Ты должен тщательно прицелиться.
Они использовали заборщик мишеней, чтобы собрать их, затем медленно одну за одной снова запустили их. Теперь стрелял Эндер. Он промахнулся во все.
— Отлично, — сказала Петра, — у тебя нет ни одной вредной привычки.
— Ни одной хорошей тоже нет, — заключил Эндер.
— Я дам тебе их.
Они немногого достигли за это занятие, больше разговаривали. Как и о чем думать, пока целишься. Ты должен следить и держать в поле зрения малейшие собственные движения и движения твоего врага. Ты должен наверняка видеть и чувствовать цель, только тогда твоя цель замерзнет, а ты еще сможешь стрелять. Изучи то место, куда ты обычно поражаешь мишени и двигайся по такой же дуге, то есть выбери аналогичную траекторию движения, тогда тебе не придется подтягивать себя во время стрельбы. Расслабь тело, мышцы не напрягай, иначе не избежать тремора и дрожи в руках.
Это было единственное практическое занятие в тот день. Во время армейских учений днем Эндеру было приказано принести парту-конторку и делать домашнее задание, сидя в дальнем углу комнаты. Бонзо собирал в комнате баталий всех своих солдат, но использовал далеко не всех.
