Игра Эндера полностью

Она поднялась с пола в комнате замка и подошла к зеркалу. Эндер тоже поднял свою фигурку и последовал за ней. Они стояли перед зеркалом, но вместо окровавленного лица Питера на них смотрели дракон и единорог. Эндер протянул руку и дотронулся до зеркала; стена рухнула, за ней оказалась широкая мраморная лестница, ведущая вниз. Яркая дорожка устилала ступеньки. Вдоль перил стояли смеющиеся и радостно приветствующие их люди. Вместе, рука в руке, он и Валентина начали спускаться вниз. Слезы неожиданно навернулись на глаза. Это были слезы облегчения, слезы радости, что ему наконец удалось вырваться из безвыходной комнаты Конца Света. Он снова был свободен. Из-за этих слез он не заметил, что в толпе приветливо махающих им людей мелькнуло лицо Питера. Он знал теперь твердо, куда бы не забросила его судьба, Валентина будет всегда рядом.

Валентина внимательно прочитала письмо, переданное ей доктором Линебери.

Когда она прочла письмо второй раз, Доктор Линебери взяла письмо из ее рук.

— Мне даны четкие инструкции — дать тебе прочитать и тут же уничтожить.

Она взяла настольную зажигалку и подожгла кончик письма. Оно ярко вспыхнуло и мгновенно превратилось в пепел.

— Плохие или хорошие новости? — поинтересовалась директор.

— Я продала своего брата, — отрешенно ответила Валентина, — и они заплатили мне за это.

— По-моему, ты слишком все драматизируешь, Валентина.

Валентина молча направилась обратно в класс. Той же ночью Демосфен опубликовал пылкое обличающее обвинение на законы, сдерживающие рост населения. Людям необходимо иметь столько детей, сколько они хотят, а избытки населения следует расселять на других планетах. Это будет способствовать распространению человечества по всей вселенной. Именно тогда никакие катаклизмы, никакие вторжения не сотрут человеческую расу, не уничтожат ее корни. «Самое обидное, унизительное прозвище, — писал Демосфен, — которым можно обозвать ребенка — это Третий».

Тебе посвящается, Эндер, шептала она, сочиняя статью.

Питер расцвел от удовольствия, когда прочитал ее публикацию.

— О, это заставит их сидеть тихо и молча наблюдать. Третий! Позорное прозвище! Да! В тебе оказывается тоже есть уголки злобы.

— Сейчас?

— Полагаю да.

— Нужен соответствующий приказ, полковник Графф. Армии вряд ли двинуться, если командующий скажет — полагаю время наступать.

— Я не командующий. Я — педагог, учитель маленьких детей.

— Сэр, полковник, я много думал, чтобы сделал, будь на вашем месте, возможно, я просто профан, но тем не менее все срабатывало, срабатывало именно так, как вы того хотели. А последние недели Эндер был даже, даже…

— Счастлив.

— Доволен. У него все хорошо. У него живой, острый ум. Игра проходит прекрасно. У нас еще не было никогда такого юного мальчика, так идеально подходящего на должность командующего. Обычно они достигают подобного уровня в одиннадцать лет, однако, по праву можно сказать, что этот достиг своих высот в девять лет с небольшим.