Я должна отомстить за сестру. Поэтому я здесь – у двери человека, который платит за секс, а потом играет с судьбами девушек, которых покупает. Справлюсь ли, не сломаюсь? Не знаю. Главное, не отступать от плана, ведь это игра и… он идёт искать. Содержит нецензурную брань.
Ева
Страшно ли мне? Да, безумно страшно. Потому что сегодня, если все получится, моя жизнь изменится до неузнаваемости, по крайней мере, на три месяца. А после… даже не знаю, что будет после. Но я должна справиться, должна довести задуманное до конца, должна отомстить.
Смотрю на дверь, жду своей очереди. Мне плевать на роскошь вокруг, на вышколенную прислугу, на все, кроме того, что ждет за этой дверью. Однако сейчас там занято. Другая претендентка пытается из кожи вон лезть, чтобы заполучить вакантное место «игрушки» Яна Игнашевского. Уж что она там делает одному богу известно. Важнее, что буду делать там я!
Этот человек сломал жизнь моей сестре и продолжает рушить судьбы другим. Но я здесь только из-за сестры, негодяй должен ответить за все, что с ней сделал. Самонадеянно? Возможно! Однако кто, если не я?
И вот, дверь открывается, на пороге появляется расфуфыренная девица с размазанной тушью на лице. Хочется верить, что это результат слез, а не чего похуже.
– Ваша очередь, – мажордом приглашает меня войти.
Как удалось узнать, Игнашевский находится в постоянном поиске новых «кукол». Он настолько богат, настолько оторван от реалий жизни и настолько испорчен, что на женщин смотрит просто как на вещь, которая портится со временем, а главное, быстро надоедает.
Что ж, пора… только бы не спасовать в самый ответственный момент. Ян сегодня должен выбрать меня. Для чего буду делать все, что скажет и как скажет.
В помещении царит полумрак, в воздухе завис горьковато-пряный аромат мужского парфюма, присутствует и запах духов предыдущей претендентки, но мужской парфюм особенно выделяется. Здесь несколько полукруглых диванов, по центру большой кофейный столик из стекла.
– Как тебя зовут? – раздается голос справа, от которого тотчас подкашиваются ноги.
– Ева, – не спешу поворачиваться. – Ева Краснова.
– Сколько тебе лет?
И к чему эти вопросы? У него же анкета на руках. Непроверенных людей Игнашевский в свой дом не пускает.
– Двадцать.
– Что толкнуло столь юную девушку на столь отчаянный шаг? – слышу, улыбается. – Расскажи свою историю, только коротко.
– Нужны деньги на учебу.
Да, я придумала легенду, максимально банальную – желание легких денег, амбиции, стремление вырваться в люди.
– Ясно. Повернись ко мне.
Видеть его воочию до сего момента не доводилось, только в статьях или на фото в инстаграмме, где миллиардер Игнашевский ведет личный влог – обозревает крутые тачки и яхты. Такое вот милое хобби у этого монстра.
И я поворачиваюсь.
Он стоит за креслом, облокотившись на спинку, затем медленно выпрямляется. Какой же высокий и здоровый, на фото все-таки казался меньше. А тут исполин. Рубашка едва не трещит на стальных мышцах. За собой подлец следит ого-го. Но пугает меня не рост, не габариты, пугает его взгляд. Он смотрит словно ястреб, который вот-вот набросится, на губах меж тем застыла ехидная ухмылка. Что сказать, веет от него неким безумием. Ян в свою очередь изучает меня, скользит взглядом по телу. В глаза почти не смотрит, да и зачем, если ему нужно именно тело. А чтобы продемонстрировать свои достоинства, я нарядилась соответствующе – атласный топ и джинсовая юбка с молнией вдоль бедра. Как мне сказали, я должна прийти в такой одежде, которую можно легко снять. Условие выполнено – под топом у меня ничего и снимается он легче легкого – смахни бретельки с плеч и пожалуйста, с юбкой еще проще.
Ян
Очередная заходит… четвертая по счету. Девку до нее отправил в родимые края. Думала, раздвинет ноги, потрясет булками и готово, а мне нужно совсем другое. Мне нужно полное согласие на доступ к телу и душе, нужно видеть неприязнь в глазах. Люблю действовать от противного. И хорошо, когда эти юные шлюшки приходят ко мне не от хорошей жизни, ибо нужда толкает их на то, чего им не хочется. В этом вся прелесть. Мне нравится сопротивление, нравится видеть, как их трясет от нового задания или приказа, как они поначалу презирают меня, а потом текут от одного только взгляда. Именно когда это происходит, когда они впадают в зависимость от меня, я с ними расстаюсь. Интерес пропадает.
Посмотрим, что это за Барби.
На «все готовую» не очень похожа. Внешность простовата, косметики минимум, фигурка ничего, хотя как по мне имеется небольшой излишек веса. Или нет… надо рассмотреть поближе. Но что сразу подкупает, это торчащие соски сквозь тонкую ткань. Пришла без лифчика, молодец. Имя тоже ничего, вполне ей подходит. Ева… каштановые волосы, светлая кожа, пухлые чувственные губы, такие ротики мне нравятся, а взгляд далеко не пустой, как у девиц до нее. Взгляд глубокий и как раз презирающий. Да, эта штучка меня определенно заинтересовала.
– Разденься, – обхожу кресло, опускаюсь на подлокотник.
Ох, как дернулась. Боится. Просто прекрасно. Язык тела – самый правдивый язык. Можно много чего болтать, но тело всегда остается искренним, первым делом мозг посылает сигнал к нервным окончаниям, только потом уже начинается мыслительный процесс. А у женщин так и вовсе мозг работает с приличной задержкой во времени.
