«Мой господин родом из Гаскони на юго-западе Прованса. В своих энергичных, грубоватых стихах он порицает праздное занятие любовью и нравы, царящие в провансальском обществе. В пастореле, принадлежащей его перу, рыцарь ведет беседу с очаровательной пастушкой, пытаясь соблазнить ее. Но здравомыслящая девушка отказывает ему».
Рыцарь:
«Встретил пастушку вчера я,
Здесь, у ограды, блуждая.
Бойкая, хоть и простая,
Мне повстречалась девица.
Шубка на ней меховая
И кацавейка цветная,
Чепчик – от ветра прикрыться.
К ней обратился тогда я:
– Милочка! Лишь за цветами
Шел я, но вдруг будто в раме
Вижу вас между кустами.
Как хороши вы, девица!
Скучно одной тут часами,
Да и не справитесь сами —
Стадо у вас разбежится!
Пастушка:
– Дон! Не одними словами,
Надо служить и делами
Донне, восславленной вами.
Право, – сказала девица, —
Столько забот со стадами!
С вами пустыми речами
Тешиться мне не годится.
Рыцарь:
– Милочка, феи успели
Вас одарить с колыбели, —
Но непонятно ужели
Вам, дорогая девица,
Как бы вы похорошели,
Если с собой бы велели
Рядышком мне приютиться!
Пастушка:
– Дон! Те хвалы, что вы пели,
Слушала я еле-еле, —
Так они мне надоели!
Право, – сказала девица, —
Что бы вы там ни хотели,
Видно судьба пустомеле
В замок ни с чем воротиться!
Рыцарь:
– Милочка! Божье творенье
Ищет везде наслажденья,
И рождены, без сомненья,
Мы друг для друга, девица!
Вас призываю под сень я, —
Дайте же без промедленья
Сладкому делу свершиться!
Пастушка:
– Дон! Лишь дурак от рожденья
Легкой любви развлеченья
Ищет у всех в нетерпенье.
Ровню пусть любит девица.
Исстари общее мненье:
Если душа в запустенье,
В ней лишь безумство плодится.
Рыцарь:
– Милочка! Вы загляденье!
Полно же без сожаленья
Так над любовью глумиться.
Пастушка:
– Дон! Нам велит Провиденье:
Глупым – ловить наслажденье.
Мудрым – к блаженству
стремиться!»
1-й герольд:
«О. лучше той пастушки златовласой нет.
Мы просим миннезингеров держать ответ!»
Пероносец:
«Мой рыцарь Вальтер фон дер Фогельвейде уже скрещивал перья. Он искусен во всех поэтических упражнениях нашего времени – канцонах, диатрибах, шпрухах – и станет достойным противником даже лучшего пероносца. Его стихи отличаются простотой, изяществом, музыкальностью, непосредственностью и силой чувства к девушке-пастушке».
Вальтер фон дер Фогельвейде:
«Под липой свежей,
У дубравы,
Где мы лежали с ним вдвоем,
Найдете вы те же
Цветы и травы:
Лежат, примятые, ничком.
Подле опушки соловей —
Тантарадей!
Заливался все нежней.
Убрал он ложе
Необычайно:
Сложил цветы и там и тут…
Досель прохожий
С улыбкой тайной
Глядит на тихий наш приют;
Поймет: где розы без числа —
Тантарадей!
Там голова моя была.
Мне б стыдно было,
Когда б молвою
Любовь ославилась моя.
Нет! То, как милый
Играл со мною,
Никто не знает, лишь он и я.
Да пташке видеть довелось —
Тантарадей!
Она не выдаст нас, авось».
1-й герольд:
«Венчает наш турнир сирвентеса баталия.
Пусть эта схватка превзойдет все ожидания!»
2-й герольд:
«Сирвента – строфическая песня на заимствованную мелодию. В ней прославляются сражения, крестовые походы, воспеваются бесстрашие и мужество рыцарей».
Пероносец:
«Мой хозяин Фольке де Монтеня – знатный дворянин, владелец замка Бафор. Он хороший рыцарь и хороший воин, хороший любовник и красноречивый трубадур. Он умеет быть добрым и злым; он ссорит своих соседей и друзей, но тут же мирит их. Он знаменит на весь Прованс. Но больше всего Фольке де Монтеня прославился в песенном жанре. Так послушаем же его новое творение!»
Фольке де Монтеня:
«– Перигон! Порой бесславно
Жизнь ведет свою барон,
Он и груб и неумен,
А иной виллан бесправный
Щедр, учтив, и добр, и смел,
И в науках преуспел.
Что Донне можете сказать:
Кого из этих двух избрать,
Когда к любви ее влечет?
– Мой сеньор! Уже издавна
Был обычай заведен
(И вполне разумен он!):
Если Донна благонравна,
С ровней связывать удел
Тот обычай повелел.
Как мужику любовь отдать?
Ведь это значит потерять
И уваженье и почет…»
Король:
«Сэр Лишенный Пера! Мы вынуждены удалить Вас с турнира: Вы прочитали стихотворение другого стиля. Посадите его на ограду на всеобщее посмеяние. Трубадуры Прованса, есть ли среди Вас достойный придти на выручку?»
Бертран де Борн и его пероносец (
«Спешим на выручку!»
Пероносец:
«Мой король! Моя королева! Никто не должен хвастаться, что провансальский трубадур уклонился от скрещения перьев. Рыцарь Бертран де Борн из Лимузена, владелец замка Альтафорт, храбрый воин и опытный дипломат, почтительно предлагает не прерывать турнира и довести его до конца».
Бертран де Борн:
«Извините меня, благородные дамы и господа, и верьте, что я никогда не желал сильнее переломить с кем-нибудь перо, как желаю этого теперь. Послушайте мою сирвенту:
Мила мне радость вешних
дней,
И свежих листьев, и цветов,
И зелени гстых ветвей
Звучанье чистых голосов,
Там птиц ютится стая.
Еще милее по лугам
Считать шатры и здесь и там
И, схватки ожидая,
Скользить по рыцарским рядам
И по оседланным коням.
