Бертольд возле тумбы корчмаря подавился, громко раскашлялся. Бьорн принялся колотить его по спине.
– Я про оба, – спокойно ответил Ольгерд. Канарейка зло смотрела на него, но не вставала, никуда не уходила. Атаман шумно выдохнул, сел на лавку нормально, опустив ноги на пол, сложил руки на столе, выпрямился.
– Понимаешь ли ты, кто я такой?
– Шельма ты, самовлюблённый бессмертный лис, строящий из себя недотрогу.
Ольгерд промолчал, глядя прямо в её серые огромные эльфские глаза. К такому обращению он определённо не привык. Это было ново и… интересно?
– Понятия не имею, зачем тебе это, но я тебя предупредил.
Канарейка молча уставилась в кружку. Казалось, её больше успокаивал запах вина, чем градус в нём.
– Этот твой заказчик…
– Темерец, – коротко оборвала эльфка атамана.
Он кивнул, глотнул вина.
– Похоже, что он сам из Ордена.
– Почему? – эльфка подняла на Ольгерда глаза. Он нахмурился.
– Даже у этих паршивых сектантов неплохая выправка.
– Может, они там хуями мерятся, – небрежно бросила Канарейка, снова уставившись в кружку. – Мне всё равно. Только не нравится, что он так чётко обозначил место и время.
– А когда? – будто бы между прочим спросил Ольгерд.
– В Беллетэйн. – Эльфка выдохнула. – Это лицемерно… Убивать в Беллетэйн.
Атаман хмыкнул и налил ей в кружку ещё вина.
– На твоём месте я бы не пошёл на такое подозрительное дело.
– А я вот как раз на твоём не сомневалась бы, – улыбнулась Канарейка.
– Я бессмертен, – сухо напомнил Ольгерд.
– Я убийца, – в тон ему ответила Канарейка.
Комментарий к XII. Заказ
Просто я люблю, как они сидят и болтают :D
========== XIII. Закат ==========
Убийство – всегда убийство, независимо от мотивов и обстоятельств. <…> Никто из
задумавших и совершивших насилие не может считаться лучше обыкновенного преступника.
Никодемус де Боот
Канарейка одевалась на убийство как на праздник.
Или на праздник как на убийство?
В любом случае, в её волосах и на одежде было в достатке свежих цветов, и даже под наглухо застёгнутой курткой из толстой кожи с железными пластинами была надета красивая праздничная рубаха. Так, для себя.
Эльфка закрепила на поясе кинжалы, накинула на плечи плащ, чтобы скрыть оружие. В маленькую сумочку на поясе она сложила магический кремень, моток бинтов и пару обезболивающих корешков. Канарейка бессмертной не была и считала, что лучше лишний раз перестраховаться, чем в самый важный момент что-нибудь пойдёт не так. А сегодня не так могло пойти абсолютно всё. Например, этот рыцарь внезапно окажется не один там, в доках, а с целой армией. Ну, или, по крайней мере, с вооружённым громилой. Он бы создал много проблем, ведь Канарейка была невысокой эльфкой, а не рубакой, не берсерком и даже не ведьмаком.
Спустившись вниз, в корчму, эльфка обнаружила сидящими вместе за столом атамана и ведьмака. Правая рука последнего была щедро перемотана бинтом и зафиксирована в локте. Увидев Канарейку, мужчины кивнули ей и в какой-то небрежно-холодной манере продолжили разговор.
– Что у тебя с рукой? – без приветствий спросила эльфка, подойдя к столу и прерывая беседу.
– Здравствуй, – иронично улыбнулся Геральт. – Да так. Оказалось, что аукцион – менее культурное мероприятие, чем я слышал. Зацепили легонько мечом, я бы даже перевязывать не стал. Шани переусердствовала.
– И стоит ли оно того, чтобы выполнять приказы О’Дима? – Ольгерд скрестил руки на груди, смотрел куда-то в сторону и в целом выглядел отрешённым.
– Видишь эту холеру на моём лице? – нахмурился ведьмак. – Уж лучше я выполню твои сраные желания, чем он придумает чего похуже.
– А если я специально даю тебе невыполнимые задания?
Канарейка посмотрела на Ольгерда. Он бодрился, держал лицо, но в глазах у него таилась невозможная усталость. Он был бы и рад прямо сейчас бросить эту глупую игру, может быть, сдаться, сделать своим последним желанием какую-нибудь чушь, вороного коня или бочонок эля. Просто чтобы ведьмак наконец отвязался. Как бы этот демон ни был силён, все условия договора у него соблюсти не получится. Верно?
– Я же правильно понимаю, вы оба останетесь в кабале, пока желания Ольгерда не исполнятся? – несмело спросила Канарейка.
Атаман смерил её оценивающим взглядом, ведьмак молча глотнул из кружки что-то очень крепкое и вонючее.
– Идёшь на праздник? – спросил Ольгерд.
– О, да, – улыбнулась эльфка и одёрнула свой плащ так, чтобы на мгновение стали видны кинжалы на поясе.
Она достала из кармана и положила на стол перед мужчинами ключ от своей комнаты. Посерьёзнела, сказала строго:
– Я заплатила ещё за полдюжины дней. Если не вернусь раньше, вещи можете продать. А лютню отправьте, пожалуйста, Эйвару Хаттори из Новиграда.
– Я его знаю, – кивнул ведьмак.
– Полдюжины дней? – усмехнулся атаман. – Я же правильно понимаю, что ты идёшь его убивать?
– Может произойти что угодно, – сухо сказала Канарейка. – Если меня увидят, надо будет скрыться на время.
– И как мы поймём, что ты вообще жива? – Ольгерд смотрел на эльфку с цветами в причёске и кинжалами под плащом, сжимая в руке ключ от её комнаты.
Она выдавила улыбку:
– А точно нужно?
