Одежды никакой он не заметил, но существо в ней и не нуждалось — роскошная пушистая темно-коричневая шерсть. Очевидно, оно было мужского пола. Низкие нависшие брови, глубоко посаженные глаза того же цвета, что и шерсть, широкие плечи, пятипалые руки с далеко отставленными большими пальцами.
Неожиданно существо повернулось, посмотрело на Мартина и широко улыбнулось, продемонстрировав множество ослепительно белых зубов.
— Белая пешка должна побить черную,— проговорило существо тихим, немного гнусавым голосом.
— В самом деле? Вот уж нет,— сказал Мартин.— Слон должен брать коня.
— Хочешь, чтобы я взял себе черные фигуры и сыграл по-твоему? Я тебя растопчу.
Мартин опасливо посмотрел на ноги странного существа.
— Или давай мне белые, тогда я съем вот эту пешку. Я все равно смогу тебя обыграть.
— Бери белые,— выпрямляясь, проговорил Мартин.— Давай проверим, понимаешь ли ты что-нибудь в том, о чем так уверенно рассуждаешь.— Он потянулся к рюкзаку.— Пива хочешь?
— А что такое пиво?
— Дополнительное подкрепление во время отдыха. Подожди минутку.
Они еще не успели прикончить упаковку пива, а сасквоч — которого звали Гренд, как вскоре выяснил Мартин,— разнес его в пух и прах. Гренд довольно быстро и неожиданно перешел в миттельшпиль, оттеснил Мартина на весьма сомнительную позицию, из которой, как вскоре выяснилось, спасения не было. Мартин сдался.
— Отличная была партия,— объявил он, откинувшись на древесный корень и разглядывая обезьяноподобное существо, стоящее перед ним.
— Да, мы, большеногие, великолепные игроки, если мне позволительно так говорить. Шахматы — наше любимое времяпрепровождение, но мы такие дикие и примитивные, что у нас нет ни шахматных досок, ни фигур. Главным образом мы играем вслепую. Зато с нами почти никто не может сравниться.
— А как насчет единорогов? — поинтересовался Мартин.
Гренд медленно кивнул:
— Пожалуй, только с ними нам интересно играть. Они немного осторожничают, но игру ведут тонко. Ужасно уверенные в себе, надо сказать. Даже когда ошибаются.
Правда, мне не доводилось видеть ни одного с тех пор, как мы покинули Страну Утренней Зари. Плохо. А у тебя пива еще не осталось?
— К сожалению, нет. Слушай, я вернусь через месяц. И если ты придешь и поиграешь со мной, принесу пива.
— Договорились, Мартин. Ой, извини, я нечаянно наступил тебе на ногу.
Мартин снова навел в баре порядок, а ящик пива задвинул под стойку, обложив предварительно кусками льда. Втащил купленные по дешевке табуретки, стулья и столы. Повесил красные шторы. К тому моменту, как он покончил с делами, опустился вечер. Тогда он расставил на доске фигуры, перекусил, расстелил спальный мешок за стойкой и провел там ночь.
Следующий день пролетел незаметно. Поскольку Тлингель мог появиться в любой момент, Мартин никуда не уходил, ел там же и проводил время за решением шахматных задач. Когда начало темнеть, он зажег несколько масляных ламп и свечей.
Стал слишком часто посматривать на часы. Принялся расхаживать взад и вперед. Он не мог ошибиться. Это был тот самый день. Ему...
Вдруг Мартин услышал тихий смех.
Обернувшись, он увидел, как в воздухе над доской висит голова черного единорога. В следующий миг его глазам предстало и все тело Тлингеля.
— Добрый вечер, Мартин,— проговорил тот, отвернувшись на секунду от доски.— Тут теперь гораздо приятнее. Не хватает только музыки...
Мартин подошел к стойке бара и включил маленький транзисторный приемник, который привез с собой. В воздухе поплыли мелодичные звуки струнного квартета. Тлингель поморщился:
— Не очень-то подходит к обстановке.
Мартин поискал другие станции, нашел концерт западной фольклорной музыки.
— Нет, снова не то,— заявил Тлингель.— По радио это звучит не так красиво.
Мартин выключил приемник.
— Как с напитками? Ты запасся пивом, как обещал?
Мартин достал кружку, в которую вмещался целый галлон пива,— самую большую из тех, что ему удалось обнаружить в магазине,— и поставил на стойку. Наполнил себе другую, поменьше. Он решил напоить единорога, если это вообще возможно.
— Да, вот это другое дело... Не то что твои малюсенькие баночки,— обрадовался Тлингель и засунул в кружку нос всего на одно короткое мгновение.— Просто отлично.
Кружка была пуста. Мартин снова ее наполнил.
— Поставь на столе около меня, будь так любезен.
— Конечно.
— Интересно провел время?
— Пожалуй, да,
— Решил, каким будет следующий ход?
— Да.
— Тогда начнем.
Мартин уселся за стол и побил пешку.
— Хмм, забавно.
Тлингель довольно долго смотрел на доску, затем поднял раздвоенное копыто, которое раскрылось, когда он потянулся к фигуре.
— Пожалуй, возьму-ка я твоего слоника вот этим симпатичным коньком. Ну а теперь, я полагаю, тебе потребуется еще месяц, чтобы решить, что делать дальше.
Тлингель откинулся на спинку стула и осушил кружку.
— Дай подумать,— ответил Мартин.— А пока налью-ка тебе еще.
Мартин сидел и смотрел на доску, а единорог тем временем проглотил еще три кружки. Мартин вовсе не обдумывал свой следующий ход. Потому что ждал. Он сам в ответ на ход Гренда побил конем слона и помнил, что сделал после этого Гренд.
