От толпы игроков отделилась пара, в которой Лазарь сразу признал роковую Зену. Претендент на неё – худой жилистый верзила с проблемной кожей властно повёл девушку к Ведущему. Они обменялись парочкой коротких фраз, после чего Камул получил от Ведущего четыре тряпичных кругляка на самоклеющейся основе. На кругляках ядовито-кислотным цветом была отпечатана цифра 1. Камул снял защитную плёнку с клейкой стороны кругляков и налепил один себе на грудь, а второй, с помощью Ведущего, на спину. Потом проделал то же самое с комбинезоном Анаит. Из-за крыльев номер на её спине пришлось клеить почти у самой поясницы.
Команда номер одни поблагодарила Ведущего, пересекла коридор и отбыла за дверь, соответствующую номерку на одежде.
– Команда номер два: Ангел – Арьяман, претендент – Белонна.
Вперёд выступили девочка с фиолетовым начёсом на затылке и её солнцеподобный Ангел. Оба получили кругляки с номером два и поспешили откланяться.
Распределение продолжалось. Сет и Лада получили номер десять и отправились к десятой двери. Когда они проходили мимо, Лазарь дёрнул Сета за рукав:
– Ты когда-нибудь видел его раньше? – он кивнул в сторону Ведущего.
Донатор уже выдавал единственной возрастной команде из группы (Фрейя и Хадур) номер одиннадцать.
– Ни-ког-да, – по слогам ответил Сет и исчез за дверью.
У Лазаря похолодело на сердце. Пластинки на табло вероятности весело обсыпались сразу на десять пунктов.
Донгану (в своём инсоне Ник назвал Сенсора-проекцию именно так) и Хеспии присвоили счастливый тринадцатый номер. Ведущий отпустил на этот счёт какую-то шутку, и Донган отреагировал на неё зычным гоготом. Проходя мимо Лазаря, он весело подмигнул ему, и Лазарь подмигнул в ответ.
Стало быть, старина Сет замолвил словечко и за них.
Благодаря красивому имени Яники, их троица осталась последней в списке. Когда подошла их очередь, в коридоре оставались только Ведущий и два охранника у входа. Лазарь, Яника и Марс получили номер пятнадцать, персональное дружественное напутствие и сухую улыбку – одну на всех. Они уже собирались уходить, когда совиные глаза Ведущего превратились в два морщинистых кожаных шарика с горизонтальными прорезями посередине, и он вдруг сказал:
– Я ставил на тебя, Лазарь. Учти это.
При этом губы Донатора подёрнулись загадочной улыбкой Джоконды. Невозможно было определить, какие чувства она выражает. Презрение? Насмешку? Грусть? А может, снисхождение? Сопереживание? Расположение? Что-то ещё?
Пластинки на перекидном табло затрещали, закружились в дикой круговерти, и, наконец, остановились, но Лазарь так и не смог разобрать, что на них изображено. Одно он знал точно: это уже не цифры. Скорее, непонятные символы из «Остаться в живых».
– И много поставил? – осмелился уточнить он.
– Больше, чем ты того заслуживаешь, но меньше, чем хотелось бы, – ровным голосом ответил Ведущий. Кожаные шарики раскрылись, и он снова стал похож на сонную неясыть. – Ну, не буду задерживать. Увидимся через два часа.
Путь до комнаты отдыха они преодолели в молчании, почти физически ощущая на себе взгляд выпученных, как две спелые сливы, глаз. В голове у Лазаря снова и снова возникал один и тот же вопрос: «как узнать того, кого никогда не встречал прежде»?
Ответа не было.
2
Они с Яникой очнулись почти одновременно. Первые ощущения – дикий сушняк, лопающийся мочевой пузырь и лёгкая дезориентация – всё на месте. Сославшись на одно маленькое дельце, которое необходимо срочно уладить, Яника выскочила из спальни.
– А я отлить, – простодушно признался Марс и отправился следом за ней.
Салаги, подумал Лазарь. Надо будет как-нибудь объяснить им, что сушняк и переполненный мочевой пузырь находятся в прямой корреляции друг от друга. Опытный воин всегда помнит о двух вещах: не пить много перед боем, чтобы не обмочиться, и не переедать, чтобы не… испачкаться.
В комнате остались только он и Дара. Девушка сидела в кресле и молча наблюдала за Лазарем, нервно подёргивая ступнёй. На подлокотнике кресла Лазарь увидел белый рулончик бинта, пузырёк с перекисью водорода и острый столовый нож со следами крови на лезвии – орудия чуда, сотворённого Дарой в инсоне напрямую из яви.
– Пить хочешь?
– Ну, я же здесь.
Дара подала стакан с водой. Не успел Лазарь как следует напиться, как она уже тащила стакан у него изо рта:
– Пошли. Хочу тебе кое-что показать.
– В молодёжных фильмах эта фраза обычно несёт сексуальный подтекст, – заметил Лазарь, ведомый за руку к балконной двери. – Не знал, что ты эксгибиционистка.
– Посмотри, – Дара отдёрнула штору и пропустила Лазаря вперёд. Сама она дальше не пошла. – Только аккуратно, чтоб он не заметил.
Лазарь открыл дверь и вышел на балкон. Нога поехала по обледенелой плитке, и он чуть не упал.
– Да не маши ты руками! – зашипела Дара. – Увидит же!
Сначала Лазарь не понял, о ком она, и сделал ещё пару шагов вперёд. За перилами балкона показалась улица и тонированная синяя «Нива», припаркованная у ворот. Внутри явно кто-то грелся: из выхлопной трубы вылетали облачка белого дыма.
