– Кейт, это Тед, звоню из Франкфурта. Мне сообщили, что вы с Кори не прилетите сюда. Зря, думаю, вы оба упускаете прекрасную возможность. По моему мнению, убийство таксиста просто уловка. В любом случае позвони мне. Сейчас в Нью-Йорке уже за полночь, и я подумал, что ты дома. В конторе мне сказали, что вы уехали домой... Кори тоже нет дома. Ладно, можешь звонить мне сюда до четырех утра по вашему времени. – Тед продиктовал номер телефона. – Я тоже буду пытаться поймать тебя в конторе, надо поговорить.
Мы с Кейт молчали, но меня как-то расстроил голос Теда, звучавший в спальне Кейт. Наверное, и она почувствовала то же самое, поскольку сказала:
– Еще успеем наговориться.
– А то можешь позвонить, – предложил я. – Наверное, он сейчас любуется собой в зеркало перед сном.
Кейт улыбнулась.
Наверное, у Теда, как обычно, имелась какая-то своя версия, отличная от моей. А я считал, что убийство во Франкфурте совершено для отвода глаз. Возможно, старина Тед уже понял это, но я зачем-то понадобился ему в Германии. Интересно. Что ж, если Тед просит меня прибыть в пункт Б, то я остаюсь в пункте А. Все просто.
Кейт уже лежала в постели и жестами приглашала меня присоединиться к ней. Я забрался в постель, и мы обнялись. Простыни были прохладными и накрахмаленными, подушки и матрас упругими, как и тело Кейт Мэйфилд. Конечно, лучше лежать с ней в постели, чем отключиться у себя дома в кресле перед телевизором.
Весь мой организм уже практически спал, и только член бодрствовал. Такое иногда случалось. Кейт взгромоздилась на меня, в какой-то момент я полностью отключился, и мне приснился вполне реалистичный сон о том, как я занимаюсь любовью с Кейт Мэйфилд.
Асад Халил разглядывал сельские пейзажи, а «апач» тем временем летел в чистом небе на высоте семь с половиной тысяч футов, держа курс на северо-восток, в направлении Лонг-Айленда.
Билл Сатеруэйт проинформировал своего пассажира:
– Хороший попутный ветер, прилетим даже немного раньше.
– Отлично. – «Попутный ветер сокращает твою жизнь», – подумал Халил.
– Так вот, как я уже говорил, это была самая продолжительная из всех операций. А кабина F-111 не очень удобная.
Халил сидел молча и слушал.
– Эти чертовы французы не разрешили нам лететь над их территорией. А итальянцы молодцы, сказали, что в случае необходимости можно садиться на Сицилии. Так что с вами можно иметь дело.
– Спасибо.
Сейчас самолет пролетал над Норфолком, штат Виргиния, и Сатеруэйт воспользовался этой возможностью, чтобы продемонстрировать военно-морскую мощь Соединенных Штатов.
– Посмотрите, это наш флот... видите у причалов два авианосца? Видите?
– Да.
– Моряки здорово помогли нам в ту ночь. Они не предпринимали никаких действий, но мы знали, что они готовы прикрыть нас на обратном пути, и это придавало нам уверенности.
– Да, я это понимаю.
– Однако все получилось так, что дерьмовые ливийские самолеты даже не преследовали нас после завершения налета. Наверное, их летчики попрятались под кровати и напустили в штаны, – со смехом закончил Сатеруэйт.
Стыдясь и злясь на себя, Халил вспомнил, как сам растерялся и перепугался во время бомбардировки.
– Но по-моему, ливийские ВВС все-таки сбили один американский самолет, – напомнил он.
– Нет, их самолеты даже не поднялись с земли.
– Но вы же потеряли один самолет... верно?
Сатеруэйт бросил взгляд на своего пассажира.
– Да, мы потеряли один самолет, но все были уверены, что пилот при заходе на побережье слишком снизился и коснулся воды.
– Но, возможно, его сбили ракетой или огнем зениток.
Сатеруэйт снова взглянул на пассажира.
– Их противовоздушная оборона обделалась. Да, русские снабдили их первоклассным оружием, но у ливийцев не хватило мозгов или смелости воспользоваться им. – Он помолчал, обдумывая свои слова, затем добавил: – Хотя они действительно выпустили по нам множество ракет класса «земля – воздух». Когда не хватало времени на противоракетный маневр, приходилось лететь прямо среди ракет.
– Вы вели себя очень храбро.
– Эй, мы просто выполняли свою работу.
– И ваш самолет первым достиг Эль-Азизии?
– Да, мы первыми... эй, разве я упоминал Эль-Азизию?
– Конечно, упоминали.
– Правда? – Сатеруэйт не помнил, чтобы он говорил об этом местечке с таким трудным названием. – В общем, как бы там ни было, мой офицер управления системами огня, Чип... не могу называть его фамилию... он сбросил три бомбы, потом еще одну, и куда-то попал.
– А куда он попал?
– Не знаю. Мы потом смотрели спутниковые фотографии – бомбы попали в какие-то казармы или дома, хотя нашей целью было здание старого итальянского склада военного имущества. Да какая разница? Разбомбили что-то, и ладно. Эй, а знаете, как мы подсчитывали трупы? Считали на фотографиях руки и ноги, а потом делили на четыре. – Сатеруэйт захохотал.
