— Осмелюсь доложить, это из-за господина капитана.
— Почему? Что сказал господин капитан?
Все еще ухмыляясь, денщик доложил:
— Господин капитан говорит, что господину лейтенанту к глазному врачу нужно потому, что он, наверное, окосел, заглядевшись на какую-нибудь девушку.
И поскольку Вилли даже не улыбнулся в ответ, денщик испуганно добавил:
— Осмелюсь доложить, это господин капитан пошутил.
— Можете идти, — сказал Вилли.
Одеваясь, Вилли обдумывал все фразы, мысленно репетировал интонации, которыми надеялся тронуть сердце дяди. Он не видел его дна года. Сейчас он с трудом мог представить себе не только характер Вильрама, но даже черты его лица. Каждый раз перед ним возникал разный облик, с разным выражением лица, разными привычками, разной манерой разговаривать, и он не мог предвидеть, с каким из них он столкнется сегодня.
