То, что мы вчера видели, оказалось только бледным подобием Левосты дневной. Наш путь лежал через центральную часть города, действительно, все это смахивало слегка на крепостные коридоры, идущие классическим зигзагом, в случае чего площадь превращается в каменный мешок. Но вот сейчас и метра не проедешь, чтоб не натолкнуться на бродячего проповедника, одетого во что-то вроде грязной простыни, торговца сувенирами, кинжалами с рукоятью из поддельного золота, «самыми дешевыми» блюдами собственного изготовления, наркотиками… Одну улочку, самую загаженную, целиком занимали фокусники и гадатели, скопище живописных шарлатанов в расшитых колпаках, в черных рясах, обвешенных бубенцами, в ярких балахонах… Тут пришлось активно пускать в ход рукояти мечей и не стесняться в выражениях — фокусы и прорицания имели успех. Мое внимание привлек один — похоже, из Чародеев-недоучек, — который поражал воображение публики, демонстрируя старый учебный прием с монетой, которой он не давал упасть, не притрагиваясь к ней руками. Я решил ему немного помочь, но он, по-моему, удивился не меньше зрителей, когда содержимое деревянной чашки для монет пересыпалось ему за пазуху. С опозданием выяснилось, что чашка, собственно, принадлежала не недоучке, а его соседу в островерхой широкополой шляпе и канареечно-желтой хламиде. Окончания скандала я дожидаться не стал.
Дикс, ехавший рядом, неодобрительно пробормотал:
— Развлекаешься…
Я скроил гримасу типа: «Это не специально, оно само так получилось», он усмехнулся и обогнал меня.
Ехали мы довольно долго, потянулись уже окраины, сплошь глинобитные домишки, крытые дранкой или соломой, глинобитные же заборы, через которые всадник может заглянуть во дворики и полюбоваться голозадыми ребятишками, развешенным для просушки тряпьем, или послушать брехню шелудивого кабысдоха, или обменяться парой двусмысленностей с преклонных лет матроной, восседающей с длинной трубкой на пороге хижины…
У одной из таких хижин Хромой остановил коня:
— Заезжайте. Три дня нас здесь тревожить не должны.
— А хозяин?
— А за что я ему заплатил? Чтоб его толстой бабы, сопливых недоносков и его самого здесь три дня духу не было. Давайте, заезжайте поживей, тут всадники редкость, соседи уже интересуются.
Мы спешились и завели коней во дворик. Да, по здешним меркам это крепкое хозяйство: во дворе имеется не только сарай, но и обложенный камнями колодец. А в сарае обнаружились ясли, да не пустые, а с овсом.
— Слушай, Гарви, ты сам часом не Чародей?
Хромой только глянул на меня исподлобья. Да, не стоит забывать, что Чародей считается чем-то вроде прокаженного, вызывая у нормальных людей смесь суеверного страхи и брезгливости.
Малыш поинтересовался:
— А нам?
— Валяй, только лошадям оставь, — поощрил его Дикс.
— О вас забочусь — истый Чародей должен носиться как лошадь и так же гадить.
— Ладно, заботливый, — прервал его я. — Мы бурдюк вина купили, не забыл?
— А чего мы тогда стоим?
Хижина изнутри выглядела довольно убого: грубый каменный очаг, вытяжное оконце в стене, мебель — пять-шесть циновок на полу… Зато чуть прохладней, чем на улице.
— А что тут интересного? — прошелся по хижине Секретник.
— Человек, который на постой пускает, больше, чем на два медяка в доме не оставит.
Наверно, пустая бадья в углу стоила дешевле, так что мы посбрасывали мешки на пол и толпой устремились к колодцу, на ходу стаскивая одежду. Вода оказалась теплая и с серным душком, но какие мелочи! А потом мы наслаждались жизнью, вытянувшись на одеялах, пыхтя трубками и по очереди потягивая вино из бурдюка.
Молчание нарушил Хромой:
— Так за что, Медвежонок, тебя из Ордена выгнали?
Дикс порперхнулся:
— Когда?!
Хромой оскалился, сплюнул в угол:
— В Степи они идут! Эти двое — еще ладно, — он кивнул на Секретника с Малышом, — у них на рожах написано, что бандиты… А вот вы двое? Учтите, в Степях вашего брата очень проверяют.
Я приподнялся:
— Да пусть проверяют… Мы ж отлученные. А о том, за что отлучили, никто рассказывать не станет. Да и спрашивать, если на то пошло.
— А чего ж вас в степи-то понесло? — Хромой, кажется, прочно вошел в роль контрразведчика из Братства. — Денег захотелось? Так наемники и по эту сторону Ингерна нужны. А в Степях — риск больше.
— У Ордена руки длинные, — слегка угрожающе произнес Дикс.
— Это они в Империи длинные.
— На нас и у Ведающих зуб пусть небольшой, но есть, — сообщил я. — Тот. немой, он же из них был.
— Уже кое-что. Только шито все это белыми нитками. Если кто вас раскусить захочет, так даже зубов не сломает.
— А что ты предлагаешь?
— Я предлагаю… У Волка и в Левосте и в Гэлфосте свои люди есть. Так что когда он узнает, что вы отсюда на запад без причины подались…
— Погоди, — насторожился Малыш. — Это ты, значит, предлагаешь эту причину создать? Чтоб и в самом деле убираться отсюда надо было?
— Ага, так.
— Брэк, джентльмены, — я подтянул под себя ноги и сел. — Если мы с Ведающими серьезно поссоримся, убраться нам попросту не дадут. А потом, у нас с Малышом, например, еще кой-какие делишки в этом городе. Например, выяснить, откуда идет оружие.
