Чарли старалась не таращиться на накачанный пресс, когда Дэн стянул футболку.
– Не скучай. – Она зашла в ванную комнату, чтобы переодеться для тренировки, и не вышла, пока не услышала его шаги в коридоре.
Когда Марко поднялся на кормовую палубу, где на закате были устроены коктейли, все женщины, которые еще не видели его во плоти – преимущественно жены миллиардеров-филантропов среднего возраста, – издали дружный вздох восхищения. Он был босиком, только что из душа, влажные волосы зачесаны назад, розовая рубашка небрежно заправлена в облегающие темно-синие брюки, а зубы и ногти словно светились на загорелой коже.
Чарли смотрела на женщин – безусловно загорелых и ухоженных – и видела по выражениям их лиц, что ни одна не отказалась бы упасть в постель с Марко, будь на то хоть малейший шанс. Минут десять он общался со всеми, раздавал и принимал комплименты и наконец подошел к Чарли.
– Привет. – Он подставил щеку для поцелуя.
– Привет, поздравляю со Штутгартом, – сказала она, стараясь не замечать, что его приветствие не отличается ни теплотой, ни лаской от тех, с которыми он обращался к любой из женщин. И не смогла с собой совладать, добавила: – Кажется, с тех пор мы так и не говорили.
– Спасибо, красавица. – Он огляделся по сторонам. – Здесь приятно, правда?
Чарли как раз собиралась его спросить, как прошел полет с Боно, когда рядом материализовался Дэн. Он тоже отлично смотрелся в своей голубой льняной рубашке и белых брюках, хотя у него и не было сексуальной притягательности Марко.
– Можно тебя на минутку? – прошептал Дэн, наклоняясь к ней.
– Кто твой друг? – спросил Марко. Казалось, он впервые сегодня немного ею заинтересовался.
– Ты же знаешь Дэна, – ответила Чарли, с удивлением глядя на Марко.
– Дэн Рейберн, спарринг-партнер Чарли. Мы встречались, наверное, десятки раз, – ровным тоном проговорил Дэн.
Марко прищурился, пытаясь его вспомнить, и рассмеялся.
– Извини, не хотел обидеть. Женщины такие переменчивые… Ты показался мне знакомым, но спарринг-партнеры… они все время приходят и уходят…
Увидев вспышку раздражения на лице Дэна, Чарли потянула его в сторону, пообещав Марко, что вернется через минуту.
Солнце только начинало садиться. Неаполь выглядел куда симпатичнее в туманной дымке сумерек, чем в полдень.
– В чем дело? Не обращай на Марко внимания, – сказала Чарли, заметив, что костяшки на руке Дэна, сжимающей леер, побелели.
– Шутишь? Да мне на него плевать, просто раздражает, что ты встречаешься с таким придурком.
– Так ты меня позвал, чтобы покритиковать мою личную жизнь?
Шея и лицо Дэна залились краской.
– Звонил Джейк. Он вечером к нам приедет.
– Ничего себе! Тодд, похожее, здорово боится, что его скандальная принцесса сорвется с катушек и начнет вдыхать тонны кокаина, одновременно исполняя стриптиз. Ко мне приставлены две няньки! Наталья может спать с каждым встречным, и никого это не заботит. А я шлюха. Здорово.
– Джейк сказал, что люди Боно выделили дополнительное место для «Элит атлет менеджмент», и он им воспользуется. – Дэн сделал паузу. – Ты тут ни при чем.
Она промолчала.
– Его собирались разместить с экипажем, но я попросил Джоанну, чтобы мои вещи перенесли, а Джейк пусть поселится с тобой.
– Спасибо, – смягчилась Чарли.
Джейк остался в Европе, чтобы уладить скандал в прессе, поэтому они не виделись уже несколько недель. Он даже не написал ей о своем приезде. Позвонил только Дэну.
– Не за что.
Подошла стюардесса и подала Чарли стакан «Пеллегрино» с лаймом, а Дэну – пиво в запотевшей кружке.
И хотя ей даже не предложили выбор напитка, было невозможно оставаться в плохом настроении.
Когда небо заиграло пунцовыми красками, подали ужин. Все сели за стол, а скоро присоединился и Джейк; он подмигнул Чарли и рассмешил ее, прошептав одними губами: «Невероятно!»
Напротив нее сидел Дэн и старательно беседовал с супругой одного из миллиардеров; за другим концом стола то же самое делал Марко, только с гораздо большим интересом. Наталья кокетничала с нефтяным магнатом, а Бенджи о чем-то разговаривал с Джейком. И все, кроме Чарли, пили шампанское.
Перед десертом Боно, сидевший во главе стола, поднялся, чтобы обратиться к гостям со словами приветствия. Ему зааплодировали. Даже владельцы всемирно известных концернов, казалось, благоговели перед ним.
– Вы знаете, как близко к сердцу я принимаю дело, которым мы занимаемся в Африке, – вступил Боно. – Каждый из вас, будь то теннисист, жертвующий временем, или бизнесмен, жертвующий средства, внес огромный вклад в дело лечения и профилактики СПИДа.
Чарли запоминала каждую деталь, готовясь написать обо всем Пайпер, когда вернется в свою каюту. Когда Боно и остальные музыканты ушли, чтобы подготовиться для джем-сейшена в салоне, Джейк восторженно произнес:
– Джем-сейшен от «Ю-Ту»!..
Стоило Чарли с братом переместиться на диван у края палубы, как рядом возникла еще одна стюардесса с «Пеллегрино» и бокалом мартини.
– К такому легко и привыкнуть, – вздохнула Чарли, делая глоток воды. – Как думаешь, мне потрут спинку в душе?
