— Нет, — Рамон покачал головой. Он пожал плечами, глядя вслед миниатюрной девичьей фигурке — она была в костюме какого-то зверя, зеленого с хвостом — вприпрыжку удаляющейся в сторону дома.
Четыре девушки танцевали, взявшись за руки. Сначала они просто водили хоровод, а затем начали синхронно выполнять грациозные па, не имевшие ничего общего с румбой, которую играл оркестр. Рамон тоже не сводил с них глаз. Они были все в желтом, желтые зайчики с длинными, хлопающими ушками, а на ногах у них не было никакой обуви, лишь желтые чулки, являвшиеся частью их костюмов. Теодор был очарован этим зрелищем, они напоминали ему ожившую иллюстрацию из старой книги сказок, где беззаботно кружились в хороводе сказочные бесполые существа — эльфы. На этом карнавале тоже было невозможно определить с виду пол кого бы то ни было — разве только по росту и размеру ноги. Хотя среди приглашенных были замечены двое высоких мужчин, переодетых женщинами.
Девушка в зеленом тем временем вернулась.
— Нет, вы, наверное, все-таки Эдуардо! Вы просто смеетесь надо мной! — трагическим голосом сказала она. — Скажите же хоть что-нибудь!
— А вы кто такая? — спросил у неё Рамон.
— Нанета, — ответила она. — А вас как зовут?
— Пабло, — соврал Рамон.
— А вас? — она задрала голову и взглянула на Теодора из-под своей ослиной маски.
— Франциско, — учтиво кланяясь, ответил Теодор.
Девушка продолжала глядеть на Рамона, хотя по голосу ей должно было бы стать ясно, что это вовсе не её Эдуардо.
— Не желаете ли потанцевать? — галантно поинтересовался Теодор.
Она неожиданно распахнула объятья.
— Извини, Пабло, — сказал Теодор и удалился вместе с девушкой в направлении гостиной.
Разговаривать в таком шуме было невозможно, да и к тому же девушка была на несколько дюймов ниже Теодора. Настроение у него заметно улучшилось, и он подумал о том, что у Рамона этим вечером тоже все будет хорошо. Нарядившись в маскарадный костюм, он даже вести себя начал несколько иначе. Наверное, просто почувствовал себя другим человеком.
— А вы любите танцевать? — спросила девушка.
— Да.
— А на вечеринках бывать любите? — Она танцевала, прижимаясь к нему, её гибкое, стройное тело покачивалось в такт его шагам. И ещё она продолжала засыпать его разными дурацкими вопросами. Почему он говорит с акцентом? И действительно ли он такой высокий, или же просто надел ходули?
— А то одного человека на ходулях я здесь уже видела, — пояснила она. — Вон там, в саду.
Теодор обернулся, и действительно, увидел там человека в костюме Дяди Сэма.
— Вы все ещё высматриваете там своего Эдуардо?
— Уже нет, — рассмеялась она.
— Вы пришли одна?
— Я пришла с другом, — таинственно ответила она. — Вон там. Африканский вождь. — Она кивнула в сторону группки гостей, среди которых Теодор заметил толстяка в облегающем трико темно-шоколадного цвета, черном цилиндре, с сигарой в зубах и кольцом в носу. — Это мой дядюшка, — сказала она и снова рассмеялась.
Теодор тоже недоверчиво засмеялся.
— А на личико вы хорошенькая?
— О, si-i, — насмешливо сказала она.
Но Теодору не хотелось видеть её лица, даже если оно было красивым. Он прижал её к себе ещё крепче, оглядываясь в поисках Рамона и понимая, что среди приглашенных было, по крайней мере, ещё трое гостей, наряженных в точно такие же костюмы, как был у Рамона. Девица же обвила его руками за шею.
Часы пробили полночь. Теодор несколько раз подходил к бару и брал стаканы с ромом, большинство из которых так и остались стоять на каминной полке в гостиной, пока он танцевал с Ольгой или с кем-нибудь еще, например с той худенькой девчушкой по имени Нанета, которая неотступно сопровождала его повсюду, куда бы он ни шел. Кто-то заботливо заколол булавкой хвост от его костюма, так что ему больше не приходилось носить его, перекинув через руку или поминутно наступать на него во время танца. И вот в углу комнаты, у всех на виду Нанета в очередной раз обвила его руками за шею и притянув его голову к своей, жарко прошептала: «Я люблю тебя, Франциско». Они поцеловались — со стороны это выглядело так, как будто кенгуру и осел стукнулись мордами. И Теодору вдруг стало очень неловко оттого, что он заметил Рамона, стоявшего на пороге комнаты, сложив руки на груди и пристально наблюдая за ним. По крайней мере, тогда ему показалось, что это был Рамон.
— Может быть, это и есть твой дружок Эдуардо? — спросил Теодор у Нанеты, показывая на клоуна в дверях.
— Ну уж не-ет, — тихо проворковала она. — Эдуардо выше ростом.
Теодор так и не смог определить, смеется ли над ним девица или нет. Он подошел к клоуну и сказал:
— Рамон, это ты?
Фигура ответила не сразу; но затем последовал утвердительный кивок и:
— Si.
— А с хозяйкой дома ты уже танцевал?
— Нет.
Рамону всегда очень нравилось танцевать, и, нужно сказать, что танцевал он просто замечательно.
— Вон она, скучает у камина, — указал Теодор.
Клоун же продолжал как ни в чем не бывало подпирать дверной косяк. Он опустил руки, и в тот же момент Теодор понял, что это не Рамон.
