Мир, придуманный ребятами для увлекательной магической ролевой игры, становится слишком живым, чтобы в него можно было просто играть. Игроземье начинает существовать по своим собственным законам, которые все дальше и дальше уходят от Правил, написанных когда-то его создателями. Персонажи, ранее покорно следовавшие воле игроков, обретают возможность принимать решение сами – и отказываются оставаться простыми пешками на огромной игровой доске с шестиугольными клетками. И тогда в Игроземье появляются чудовища, которых не в силах были бы победить даже древние Волшебники…
"Всегда следует помнить: каждый персонаж Игроземья был создан ТЕМИ. Он существует единственно ради развлечения ТЕХ, кто играет. Его стремления и опытность ничего не значат – все определяется броском камней и выпавшей гранью”.
Как обычно, в этот воскресный вечер они играли.
Мелани торопливо принесла четыре бокала с содовой и поставила на стол; роль хозяйки ей была не по вкусу.
– Попозже, если хорошо попросите, я приготовлю воздушную кукурузу. – Она заткнула за ухо прядь каштановых волос и взглянула на карту. Карту Игроземья, чудного мира, созданного их стараниями."
– Да ну эту кукурузу, налетай на мой соус, – предложил Тэйрон. – На сей раз в нем спят вечным сном черные бобы и креветки. И еще я притащил немного крекеров.
Дэвид появился, как всегда, с опозданием. Рука его лежала в кармане джинсовой куртки, где поигрывала ключами от “Мустанга”. Мелани еще раз отметила, насколько мягкость его темных волос контрастирует с жесткостью взгляда.
– Ну как, готовы играть? – буркнул он, устраиваясь у стола. Ни одного приветственного слова, только угрюмый сосредоточенный взгляд, устремленный на карту.
Мелани подала ему стакан содовой. Ее родители в этот вечер отсутствовали. Как всегда. Они неизменно отчаливали, когда у Мелани собиралась компания. Поначалу, правда, ее предки выступали в роли зрителей, наверное, из некоторого снисходительного любопытства. Они так и не въехали в суть ролевой игры: сплошная-де фантазия, нет ни выигравших, ни проигравших. Их, доченька и ее дружки занимались тем, что брали роли всяких сказочных персонажей, придумывали для них испытания, авантюры и подвиги, ну а для начала сочинили какое-то тридевятое царство по имени Игроземье. В общем, баловалась молодежь.
Многоцветная сотовая карта манила безупречными гексагонами лесов, полей, гор и океана. Мелани дотронулась до гладкой раскрашенной поверхности, и с ходу стали вспоминаться многочисленные персонажи, чьи роли приходилось исполнять. После каждого тура Игры ее счет заносился в папин компьютер. Туда же исправно попадали все сведения по каждому герою.
Скотт хрустнул суставами.
– Слушай, Тэйрон, когда гуси летят зимой на юг, они ведь всегда выстраиваются клином, правильно? И одна сторона клина всегда длиннее другой, так? А знаешь почему?
Безрезультатно поморщив лоб, Тэйрон пожал плечами:
– Ну и почему же, умница ты наша?
– Потому, что на одной стороне больше гусей!
Тэйрон чуть не подавился своим соусом. Это рассмешило Мелани даже больше, чем сама шутка. За стеклами очков глаза Скотта беспомощно заморгали; он явно не рассчитывал, что его шутка произведет такое сильное впечатление.
Вот уже два года, как они играли вместе. Сначала картой им служила обыкновенная бумага, расчерченная на гексагоны. Цветными карандашами они небрежно наносили границы территорий. В то время игра была лишь забавой, способом убить время. Но Мелани потратила целый месяц на создание главной карты на дереве. Она раскрасила гексагоны яркими акриловыми красками, придавая каждому цвету определенное значение. Она даже изучала настоящие карты, чтобы ее собственная была выполнена по всем правилам. Пустыни, например, должны присутствовать там, куда направляются потоки сухого воздуха, а в более благоприятных местах обязаны зеленеть леса.
– Все в сборе. Можно начинать? – Дэвид побарабанил пальцами по столу. – Где мы остановились на прошлой неделе?
Видя его нетерпение, Мелани затараторила взахлеб:
– Мои персонажи – Делраэль и Вейлрет как раз собирались отправиться на болота – выручать своего друга Брила, Недоволшебника. – Мелани сделала жест в сторону карты. – Его схватил огр, забыли, что ли?
– Ну что ж, поехали, – предложил Дэвид.
Мелани взглянула на него, но ничего не смогла прочесть на его бесстрастном лице. Даже карие глаза не выражали никаких чувств. Хотя что-то его все-таки беспокоило. Мелани не знала причины, но боялась, что это может отразиться на Игре.
Она сжала в руке игральные камешки. Двадцатигранные. Восьмигранные. Шестигранные. Четырехгранные. Внезапно она почувствовала в многогранниках такую силу, что от удивления чуть не выронила их на стол.
Мелани сделала пометку на расчерченной бумаге там, откуда ее персонажи должны были двинуться в путь. И бросила камешки.
Не успели они пересечь жирную черную линию, отделявшую один гексагон от другого, как лес неожиданно превратился в склизкое болото. А лесная свежесть сменилась гниющей влажностью.
– Брил должен быть где-то здесь. – С первой же минуты Вейлрет увяз в трясине по самые голенища сапог.