Ева перестала верить в чудеса, дружбу, любовь. Ей остается только лежать и смотреть на шершавую стену. Почему ее еще не нашли и не спасли? Столько людей должны были смотреть игру, следить за ней. Где ее знакомые и родные? Почему Глеб не обеспокоился ее исчезновением? Подумал, что и она погибла? Прошло столько времени, а она все так же заперта в этом погребе.
В памяти то и дело всплывают отрывки из жизни, в основном счастливые моменты, которые она не хочет отпускать. Она вспоминает, как стояла на сцене клуба, как пела и знала, что Марк ждет ее у бара. Ева шевелит губами, тихо мурлыкает гамму, распевается с помощью когда-то знакомых упражнений, и ее шершавый огрубевший голос нехотя, но становится плавным и тягучим. Она тянет свою любимую песню, пытаясь вспомнить, каково это. А мелодия уже волнами растекается по комнате.
Шуршание, а за ним грозный стальной голос из колонки:
– Запрещаю! Еще один звук, и свет потухнет навсегда.
Ева тут же замолкает и лежит в ожидании, широко открыв глаза. Она ждет, что вот-вот все погрузится во мрак. Дышит тяжело и медленно, боясь, что вместе со светом из комнаты уйдет и весь кислород. Но свет продолжает гореть. Ева встает и идет к стене. Прижимается лбом к вопросительному знаку в центре.
Кто же ты, Безымянная Царица, и что я тебе сделала?
Прошло где-то полтора года с тех пор, как пропал Марк. Ева сидела за порталом и, как и каждый день до этого, искала любые зацепки. Она уже около года работала гончей. Заказов хватало, и ее репутация была безупречной. Она зашла в чат и увидела сообщение от знакомого гончего, который, один из немногих, стал помогать ей, когда она только зарегистрировалась в чате.
«Привет. Есть работа. Напиши мне».
Ева усмехнулась.
«Привет. А ты что, уже сам справиться не можешь?»
«Я занят, а заказчик очень ценный».
«Сложный поиск?»
«Думаю, нет. Но в этот раз еще нужно выгнать добычу на улицу».
«Откуда?»
«Из квартиры».
Задание было странным, и Ева сомневалась. Но когда знакомый написал сумму, которую предлагал заказчик, все сомнения отпали. Деньги умеют перекрикивать предчувствие и интуицию. Ева должна была найти девушку и выманить ее на улицу. Она с самого начала работы гончей предпочитала, чтобы добычей были парни или мужчины. Их было не жалко отдавать в лапы правосудия. А вот девушку, еще и молодую… Но отказаться от приличного вознаграждения, предложенного проверенным заказчиком, было непозволительной роскошью. Тем более ей недавно предложили достать записи с камер слежения за день, когда пропал Марк. И они стоили неимоверно много.
Ева отмахнулась от своего нежелания и взяла заказ. Ей дали имя. Она нашла в сети старый адрес, номер и стала собирать информацию о добыче. Вскоре отыскала новый адрес и все контакты. Узнала, что девушка была скрипачкой и сочиняла музыку, выкладывая ее в сеть под псевдонимом. Она нашла ее самую популярную мелодию и влюбилась в нее с первых нот. После этого Ева слушала ее постоянно, чувствовала, как ее накрывают волны грусти и скорби, потери и щемящей сердце боли. По коже каждый раз шли мурашки, словно эту мелодию писали для нее, для Евы. Она передавала все оттенки чувств, которые Ева испытала после исчезновения Марка. От надежды до отчаянья, от смеха до нескончаемых слез.
Ева слушала мелодию раз за разом. Она словно обволакивала ее и не отпускала. Ева открыла заметки в портале, и слова сами сложились в куплеты и припев.
Когда Ева закончила, то пела про себя, в комнате же стояла абсолютная тишина. После исчезновения Марка Ева часто блуждала по руинам, звала его, пока ее голос не сорвался и не охрип окончательно. Она считала, что это все из-за нее, из-за ее глупой мечты петь на Островах. Ева поклялась, что не будет петь, пока не найдет Марка. Это была священная клятва, данная самой себе. Ведь тогда она потеряла не только Марка, но и себя.
Вечером Ева написала Саше, своей добыче.
«Привет. Я услышала мелодию грусти. И знаю, что она твоя. Пишу, чтобы признаться – она меня покорила. Я сама пою и иногда сочиняю стихи. Когда твоя музыка наполнила меня, то родились слова».
Ева почему-то надеялась, что Саша не ответит. Но она ответила, и между ними завязалось теплое общение двух одиночек. С каждым новым сообщением Саши и с каждой своей ложью Ева все сильнее сомневалась в том, что делала. Девушка призналась, что давно не выходила из квартиры и не гуляла, а еще в том, что она перестала слышать и писать музыку. Все в ней потухло, остались только воспоминания, которые слишком больно ранили. Саша написала, что чувствует себя мыльным пузырем, который красив снаружи, но внутри него лишь чужой выдох. Эти слова откликнулись и Еве. Они с Сашей были словно два мыльных пузыря, гонимые ветром к перекрестку, на котором столкнутся и лопнут.
