Я швырнула портал на пол, взяла бокал, встала и нетвердой походкой направилась в кладовую. Достала небольшой черный контейнер, спрятанный на самой верхней полке за желтым кейсом, села на пол и обняла его. А слезы все текли и текли, оставляя следы на пластмассовой крышке. Выдохнула. Я всегда выдыхала, перед тем как заглянуть в него, и открыла крышку. В маленькой бежевой косметичке лежали три теста с двумя полосками. Достала их и внимательно рассмотрела. Три надежды, которые рухнули, два выкидыша и одно убийство, трое нерожденных детей. За день до этого я была в очередной раз в лекарии, и самые страшные мои кошмары стали явью. Мне сказали, что я не смогу иметь детей… Никогда. Ни-ко-гда. Я так хотела поговорить с ним, поплакать не в одиночестве, но он не мог, как и всегда. Он даже не знал о третьей беременности, о втором выкидыше, о том, что я постоянно торчала в лекариях. Он ничего не знал и не хотел. Ему это было неинтересно… как и я.
Его интересовали только байты, производство и девочки на поверхности, которые были готовы на все. Как и я. Только я уже дала ему все, что могла.
«Но не сегодня. Сегодня все это закончится», – подумала я тогда и была права.
Допила то, что было в бокале, закрыла контейнер, отодвинула его в угол и вышла из кладовой. Натянула черный костюм, схватила сумку, часы, ключи от капсулы и вездехода.
Я спустилась на поверхность. В мерзкий, загаженный, одурманивающе светящийся Третий город. Села в вездеход на подземной парковке и выехала в город. Неоновые огни мигали по сторонам, люди куда-то шли. Я уже полгода как платила одному гончему, который следил за моим мужем на поверхности и докладывал мне, где он, с кем и что делает. Сегодня он пошел на какой-то концерт. Меня он не водил никуда даже на Острове, зато водил других на поверхности. Я всегда думала, что хорошо быть женой, и только став ею, поняла, что намного лучше быть любовницей. Но мы не об этом. Я нашла его вездеход на маленькой улочке, именно там, где мне и сказали. Остановилась в темноте на углу и стала ждать. Дождалась, когда закончится концерт – не хотела портить ему удовольствие, – и позвонила.
– Я занят, Агата, – сказал он с ходу.
– Нет. Сегодня ты меня выслушаешь, чертов урод, – заплетающимся языком прошипела я. Как же давно я хотела сказать ему эти слова.
– Протрезвей сначала! – рявкнул он.
– Я хочу развода. Я заберу у тебя все, что есть. Ты понял? Я разорю твое чертово производство, как только его часть перейдет ко мне. Уничтожу все, абсолютно все.
Я чувствовала, как ко мне возвращается контроль над ним.
– Что за бред ты несешь? – закричал он в трубку.
– Документы у меня готовы. Ты же знаешь законы Острова. Ты все еще чертов горожанин, у которого прав меньше, чем у пыли. А еще я знаю о твоих делишках на поверхности. Я скину тебя с пьедестала. Выкину с Острова. И никто тебе не поможет. – Такого удовольствия я не испытывала еще никогда. Маниакального удовольствия. – Ты отнял у меня все, и даже надежду! Ты разбил мои мечты. Единственное, чего я хотела и в чем нуждалась, – семья и ребенок. Но ты и это отнял. Это ты! Ты заставил меня сделать аборт. Ты сотворил это со мной! – закричала я и ударила кулаком по панели управления.
– Успокойся. Я скоро поднимусь, и поговорим.
– Ага, – рассмеялась я. – Теперь ты бежишь ко мне? А блондиночка что скажет? Ты думаешь, что стал таким важным, что каждая прямо счастлива с тобой спать? Да ее наверняка тошнит от тебя. Но ты островитянин, и у тебя есть байты. Что молчишь? Думал, я ничего не знаю? Я все знаю…
– Жди, скоро буду! – рявкнул Виктор и отключился.
Я чуть опустила тонированное стекло и почувствовала влажный воздух, запах мокрого гниющего мусора и этой ненавистной мне поверхности. Меня тошнило от нее, от горожан, от каждой высотки, каждого камня и столба.
Я знала, что могу уничтожить его, но мне хотелось иного. Поставить точку и нажать enter, чтобы моя жизнь пошла с нового абзаца. Все, что происходило на поверхности, всегда оставалось на поверхности. Я верила, что мой статус и байты уладят все. Без разбирательств, скандалов, развода и его вранья. Он наверняка сделал бы все, чтобы вернуть меня. Хотя не меня, а то, что он получил от меня. Виктор бы извивался, вновь пел мне свои сладкие мелодии, рассказывал бы сказки о своей любви и о том, что все это ради меня. Он бы вновь давал обещания. А я не хотела новых несбыточных надежд.
Через какое-то время я увидела, как мой муж и девица вышли из подъезда высотки и направились в мою сторону. Кроме них я не видела никого, словно в этом городе существовали только две черные точки, которые неумолимо приближались ко мне. Достала из сумки фляжку с настоем, сделала два больших глотка, выдохнула алкогольные пары и стиснула зубы.
