Рассчитавший с долгом, перед администрацией игры, главный герой не спешит покинуть понравившийся ему мир. У него появляются новые интересы и планы, как на игру, так и в игре. От автора: (Планируется больше реала, так как ГГ уже не связан жесткими обязательствами. И в реале будет свой событийный ряд, частично связанный, а частично нет, с игрой). Текст не вычитан.
Annotation
Рассчитавший с долгом, перед администрацией игры, главный герой не спешит покинуть понравившийся ему мир. У него появляются новые интересы и планы, как на игру, так и в игре. (Планируются больше реала, так как ГГ уже не связан жесткими обязательствами. И в реале будет свой событийный ряд, частично связанный, а частично нет, с игрой). Текст не вычитан.
Сахненко Дмитрий Сергеевич
Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.
Глава 6.
Глава 7.
Сахненко Дмитрий Сергеевич
Гремлин. Часть 2. Игра по-взрослому.
Глава 1.
- Ну и чего пришла, позлорадствовать? - в дверях моей каморки стояла Игнеса, старшая внучка Йогиля, - ну давай начинай.
Программа засчитала нашему экипажу взятие финишной линии, и весь экипаж воскрес вместе с паровозкой уже на центральной площади Ультерберга, где должно было состояться награждение. Но при этом та же программа не смогла определить наше место. На табло название нашей команды то появлялось на третьей строчке, то исчезало, уступая паровозодереву. Тот редкий случай, когда продвинутый искусственный интеллект путается в своих инструкциях.
А получилась следующая спорная ситуация. Паровозодуб настиг меня в паре метрах от финишной линии, и от удара его бампером я умер. Но от того же удара мою тушку бросило вперед и, кувыркаясь, она пересекла линию. Причем дверь, привязанная к моей спине, пересекла линию первой, за ней мое мертвое тело, а за ним уже экзотический экипаж. Вот и получается, с одной стороны часть нашего корпуса была первой, а с другой летела она в тот момент сама. Мое тело было мертво, но оно пересекло финиш раньше паровозки соперников.
Денергоф, наблюдавший последние минуты гонки из капсулы, задал несколько вопросов и бросился к НПС-судьям. Хотя что он им хотел доказать, здесь же явно не протокольная ситуация. Человек может принять какое-либо волевое решение, а вот что решит программа, еще вопрос.
Понаблюдав за разгорающимся у судейского столика спором, а к нему подтягивалось все больше и больше игроков, я плюнул на это дело и пошел в свой пансионат. Не то чтобы это было ниже моего достоинства, просто для меня это уже ничего не значило. Как бы там не решилась судьба третьего места, Игнеса имеет все основания считать меня проигравшим спор. На ее месте я бы так и сделал. Действительно, я что, занял третье место? Нет, я погиб сражаясь за него, так что... не-е, если она посчитает что я выиграл, то я не откажусь. Но выторговывать его себе, это как-то не по-гремлински.
Поймал я себя на этой мысли уже в коморке. Дожили, уже оцениваю свои поступки с точки зрения игровых персонажей. Бросив шлем-кепку в шкаф, я уселся на кровать, а мысли перескочили с одного гремлина на другого: с Игнесы на Йогиля.
Если с гремлиншей все ясно, и надо искать другой путь соблазнения, может даже сначала соблазнить младшую из сестер, а потом вернуться к старшей, то ситуевина со старым мастером весьма и весьма не однозначна. И вот тут, если себя правильно повести, можно получить какой-нибудь профит. Он же как сказал? "Судьба твоего дальнейшего обучения зависит от результатов гонки", но ни о каких местах речь не шла. Чертовы разрабы, ни одно задание в дневнике не фиксируется, как сам понял, так и выполняй. А с другой стороны всегда есть шанс убедить НПС в своей правоте - шустрый да быстрый может выйти в министры.
Если вспомнить реакцию Йоннелы на дуэль, то в гонке я вел себя подобающим образом. Как она тогда меня охарактеризовала: безумный, безрассудный? В принципе за этот день сумасбродства и отмороженности хватало, но надо понять как это правильно подать.
В этот момент мои мысли прервал стук в дверь, и на пороге коморки оказалась Игнеса. Одета она была в синее платье с коротким рукавом. Юбка едва достигала середину голени, и из-под нее виднелись шнурованные коричневые полусапожки на высоком каблуке. А еще не ней был одет белый фартук. Такая вся девочка-пай с картинки о переселенцах в Новый Свет, только светло-зеленная.
Мой вопрос она проигнорировала, и, переступив порог, как-то по-хозяйски осмотрела комнату.
- Значит, тут ты и живешь?
- Скорее ночую. Так какими судьбами в наши хоромы? - мало мне изнуряющего дня было.
- Ты так быстро убежал с площади, что я тебе даже пары слов сказать не успела.
- А что мне надо было торговаться как последний гном? - ага, там сказать не успела, зато сейчас трехтомник наговорит.
- Ну да, там и так все ясно, - и она уселась на единственный стул. Стоять столбом было глупо, и я уселся на подоконник напротив нее. Молчание затягивалось, и первым не выдержал я.
- Так ты пришла поговорить про наш спор? - то, что уже внутри согласен с проигрышем, еще не значит, что буду молча сносить издевки.
- Что ты какой-то напряженный, - и с этими словами она встала и направилась в ванную комнату. Наличие ванной в коморке три на четыре в свое время позабавило, но тогда я принял это как момент антуража. Но потом узнал что комната в гостинице, это не просто место сейва.
