Во всяком случае, так показалось ей. В ее сознании этот сон продлился совсем недолго. Но потом она увидела, что вокруг темно и только лунный свет просачивается сквозь полуподвальное окошко. Не может быть, чтобы уже наступила ночь.
Она замерзла. Привстала, огляделась вокруг. Позвала:
– Паскаль…
Ответа не было.
Только тогда она заметила, что нету больше ни старого компьютера, ни причудливого гардероба, ни грима, ни париков. Съестные припасы тоже исчезли. Полуподвал был пуст, словно человек в красной лыжной маске здесь и не жил никогда. Будто Паскаль даже и не существовал в природе.
Эта мысль привела Милу в смятение. Что это, очередной обман Энигмы? Если она не хочет потерять рассудок, надо уходить.
Надев кожаную куртку, она поднялась по лестнице, ведущей в столовую особнячка. Шторы были по-прежнему задернуты, и Мила узнала тот же химический запах жженого пластика, какой почуяла накануне. Это не игра воображения, убедилась она.
В гараже – никаких следов старого «Пежо-309», на котором ее сюда привез таинственный провожатый.
Мила закрыла за собой дверь, обернулась и тут же поняла, откуда исходит вонь: верхний этаж сильно пострадал от пожара. Теперь уже не казалось странным, что в особнячке никто не живет.
Высокая ограда окружала участок. Ворота в конце подъездной дороги были заперты на замок, и Миле пришлось перелезать.
Как она и предполагала, особнячок находился в жилом квартале на окраине города. Все дома были похожи: сад, английская лужайка, покатая крыша и гараж. Вокруг – никого; если только Мила не проспала больше суток, все еще длилась суббота.
Нужно уходить отсюда, повторила она, зябко кутаясь в кожаную куртку.
Среди автомобилей, припаркованных вдоль обсаженной деревьями улицы, поискала такой, который можно «взять взаймы». Вспомнила, как Паскаль говорил о том, как отслеживают машины. Не решив еще, можно ли этому человеку доверять, все-таки выбрала старый «фольксваген» серого цвета.
Она подобрала с земли кирпич, подошла к машине и разбила окошко со стороны водительского сиденья. На всю улицу заорала противоугонная сигнализация. Мила быстро сунула руку в салон и открыла дверцу. Уселась, разобралась с проводами.
Не прошло и тридцати секунд, как сирена умолкла и завелся мотор.
Быстро отъезжая от квартала, она подумала, что есть только одно место, куда она может направиться.
– Я больше ни на кого не могу положиться, – выпалила она, едва отворилась дверь.
Саймон Бериш растерянно взирал на нее с порога. На нем была роскошная белая рубашка, от него исходил запах слишком сладких духов – опять-таки ландыш и жасмин. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять: у Милы серьезные проблемы.
– Погуляй немного и возвращайся через пятнадцать минут, – сказал он перед тем, как закрыть дверь.
Вместо этого она затаилась в темном углу лестничной площадки и стала ждать. Вскоре дверь снова открылась, и Бериш распрощался с какой-то женщиной, поцеловав ее в губы. Из своего укрытия Мила смогла рассмотреть ее лицо: очень привлекательная. Теперь понятно, чьими сладковатыми духами пахло от Саймона, – и от альбиноса из поезда, вспомнила она, содрогнувшись.
– Так и знал, что ты во что-нибудь вляпаешься, – укорил ее друг, впуская в теплую, пронизанную светом и уютом квартиру.
Хич завертелся рядом, напрашиваясь на ласку. Но Мила была не в том настроении.
– А где Алиса? Опять оставила ее у подружки? – громко спросил Саймон, относя на кухню два круглых бокала с красным вином и ставя их в мойку.
– Алиса пропала, Саймон. Ее похитили.
Тот замер, не успев поставить бокалы. Мила бросилась на диван, схватилась за голову. Полицейский направился к ней.
– Что случилось? – сурово проговорил он, наклоняясь к ней.
Она подняла голову, встретив его ожесточившийся взгляд. Что ж, она сама виновата и это заслужила.
– Энигма – Подсказчик.
Несколько секунд Бериш недоверчиво смотрел на нее.
Кое о чем Мила никогда ему не рассказывала и теперь, пользуясь случаем, прояснила ситуацию.
– Мы с отцом моей дочери познакомились благодаря Подсказчику – десять лет назад. – (Все было так, как будто он и свел их вместе.) – Алису даровало мне зло. И теперь тьма явилась, чтобы забрать ее обратно.
Саймону хотелось утешить ее, прижать к себе. Но он знал, что Мила не любит прикосновений.
– Нам предстоит обнаружить новые ужасы, так ведь? – спросил он еле слышно. – То, что произошло на ферме Андерсонов, – только начало…
Бывший агент полиции не знала, что может произойти, она только единожды имела дело с сублиминальным киллером и до сих пор хранила следы этой встречи. Нужно ли ждать эскалации насилия? Этого исключать нельзя.
– Выскажусь сразу начистоту, – заявила она самым серьезным тоном. – Знаю, ты привязан к Алисе и готов ради нее на все, но должна предупредить тебя: придется заплатить очень высокую цену. Поэтому я пойму, если ты откажешься.
– Проклятье, ты же знаешь меня, – возмутился Бериш. – Как бы я мог оставаться в стороне? За меня не волнуйся: у меня нет ни жены, ни детей, мне нечего терять.
– Но разве твоя подруга, та, что была с тобой сегодня, ничего не значит?
– Я знаю, на что иду, – отрезал Бериш.
