Ворота открывались с пульта — это позволяло хозяевам дождаться заехавшей во двор машины гостей и встречать их уже фактически стоя на крыльце.
— Роскошное жилище, роскошные хозяева! — выходя из машины выдал я с улыбкой в качестве приветствия.
— Жилище еле-еле средний класс, — без зазрения совести начал прибедняться В. — По крайней мере, как минимум таким жилище и должно быть у среднего класса в нашей стране! А хозяева да — роскошны, как всегда, во всех смыслах! — заулыбался он, подходя ближе и протягивая руку для приветственного рукопожатия.
В отличии от наших с Мотей жён, супруга В не работала и была домохозяйкой. Вернее сказать, она числилась таковой. А в реальности всю уборку по дому выполняли домработницы, а за территорией ежедневно следил специально обученный для этого дела человек, шутливо называемый В «администратором». Вилена — супруга В — больше занималась детьми и собственным внешним видом. По которому с трудом можно было определить, что она тридцатипятилетняя «домохозяйка» и мать троих сыновей, старшему из которых одиннадцать лет, а младшему три года. Скорее, да простит меня В за такие бестактные уточнения, Вилена была похожа на двадцатипятилетнюю супермодель или актрису.
Зайдя в дом, В провёл нас по кедровому паркету до одной из уютных гостиных, где на сегодняшний вечер планировалось размещение мужской половины компании. Он усадил нас вокруг стола и, раскинувшись в своём удобном кресле, заговорил:
— Не мог бы ты, — он обратился ко мне, — воспроизвести со своего телефона расположение фигур на доске?
— С радостью! — с искренним рвением я взялся удовлетворить его просьбу и начал расставлять фигуры согласно сделанному снимку на стоящей по центру стола шахматной доске.
— Супер! — благодарно кивнул В и продолжил говорить. — Ежели честно… я бы мог начать наш сегодняшний разговор с расспросов о ваших делах и рассказах о делах своих. О плодотворности вчерашней рабочей встречи и своих мыслях на этот счёт. Мог бы тратить своё и ваше время на бесполезную и, самое главное, никому из нас не нужную и не интересную болтовню. Альтернативой я вижу моментальное включение в продолжение позавчерашнего разговора. А именно в тему о том, что все Мотины слова о причинно-следственной связи и всём прочем, что связано с его комичным ЗУМом, — это научно неподтвержденная и ничем не обоснованная болтовня, в пух и прах рассыпающаяся при малейшем её рассмотрении через призму научного подхода.
Не скажу, что мне было комфортно пребывать в рамках таких резких поворотов разговора. Но если оценивать со стороны, то я прямо-таки восторгался навыком В контролировать течение беседы и запускать её в любое удобное для себя русло. Якобы непринуждённые дружелюбные фразы, обсуждения и как будто бы совместно принятые решения, а в действительности — жёстко продавленная воля одного человека. Ширма альтернативности с единственно возможным исходом, который он сам считает правильным. Возможно, такая линия поведения свойственна всем людям, долго и успешно занимающимся бизнесом. А может, это его индивидуальная особенность с рождения. Даже и не знаю. Но вместо рассуждений о целесообразности столь резкого поворота, Мотя без малейших колебаний приступил к ответу.
