— При виде похотливой красотки, — с энтузиазмом заговорил Мотя, — центральная нервная система сигнализирует тебе «действуй». Призывает тебя к инстинктивному контакту с желаемой особью противоположного пола. Причём вне зависимости от наличия или отсутствия у тебя партнёра. Инстинкт призывает к «автоматическому слипанию» вашей материи. А энергетическая оболочка заставляет сомневаться в целесообразности предательства близкого человека во имя краткосрочного удовольствия, нарушающего гармонию вашей материи, — гармонию вашего союза, основанную на взаимности и искренности. И в такой ситуации у тебя зарождается выбор: поступить как «человек разумный», прислушавшись к инстинктам, или поступить как «человек осознанный», прислушавшись к голосу совести — к сигналам энергетической оболочки. Энергетическая оболочка «рекламирует» головному мозгу любовь и убеждает в целесообразности гармонии материи. А сам по себе разум настаивает на тщеславии, обособляющем человека от гармонии и отталкивающем интересы близких людей во имя своего собственного краткосрочного интереса. Энергетическая оболочка убеждает ЦНС, что модель созидательного единения с окружающим миром «выгоднее» человеку, чем модель обособления своего макроскопического организма-тела и его кусочные и урывистые подёргивания инстинктивных удовольствий.
— И в чём суть столь непонятного процесса? — наморщив лоб, спросил В. — Зачем природе взаимодействие программного кода энергетической оболочки с головным мозгом?
— Для усложнения окружающего пространства, — невозмутимо ответил Мотя. — Ведь Закон усложнения материи совершенствует мир. И для создания более сложной материи из менее сложной закону нужна совокупность головного мозга и энергетической оболочки. Её задача — выбирать любовь и создавать «+частицы». Без работы мозга невозможно усложнение окружающего пространства. Закон усложнения материи посредством событийных проекций создаёт головному мозгу переменные в виде условий для действия. И задача головного мозга решать переменные в «правильном направлении» — выбирая любовь. И тогда он получает от Закона усложнения материи больше ресурсов для действия, и, следовательно, имеет возможность усложняться ещё больше. А более сложный головной мозг способен качественнее усложнять свою энергетическую оболочку более сложными выборами, а вместе с тем и давать больше пользы самому Закону усложнения материи. Такой вот взаимосвязанный механизм.
— Получается, — после недолгого раздумья плавно заговорил В, — что человек представляет собой своеобразную фабрику по переработке суперструн эфира. Причём фабрику крайне нелепую. Ведь если Вселенной необходимо трансформировать суперструны в частицы с положительным зарядом, то для чего ей абсурдный обходной манёвр с человеком? Субатомная микростанция в виде энергетической оболочки, передвигающаяся в биологической молекулярной форме по крошечной планете и вырабатывающая «+частицу»? Жуткий бред наркомана, да и только! Не проще ли Вселенной врубить установку размером с квазар и перемалывать суперструны дециллионами тонн?
— Ты так говоришь, — улыбнулся Мотя, — словно квазар — это сколько-нибудь значимый объект в рамках масштабов Вселенной. Там что квазар, что всё человечество Земли — незримая пылинка в стоге космического сена. Да и я убеждён, что ты и понятия не имеешь, для чего Вселенной нужны квазары и почему в ней происходят какие-то процессы. Я, к примеру, не знаю, почему работает Закон усложнения материи и для чего он Вселенной. Не знаю, почему между частицами существует электромагнитное взаимодействие. Я знаком лишь с проявляемыми Вселенной следствиями: с гравитацией, с электромагнитным взаимодействием и с функционированием Закона усложнения материи. Я знаю всё, что нужно человеку, проживающему на планете Земля. Ни больше ни меньше. И знать хотя бы это — уже не так плохо. А человек, — укоризненно повертел головой Мотя, — не «нелепая фабрика». Человек — это необходимый Вселенной элемент её усложнения. Если говорить образами, то человека можно представить в виде фломастера: снаружи оболочка с залитым в неё запасом топлива, а на конце стержень, способный преобразовывать топливо в картину. Нужно лишь снять с фломастера колпачок, ограничивающий стержень и начать рисовать. И рисовать им пока не засохнет. Несложно догадаться, что оболочка фломастера — это макроскопическое организм-тело. Запас топлива — это энергетическая оболочка: ресурс и потенциал в любви. Колпачок — рамки, порождаемые его мнимой обособленностью. А стержень — это свободный выбор головного мозга. И задача фломастера — реализовать весь запас топлива. Снять колпачок и создавать картину мира, покуда хватит сил. Принимать посильное участие в усложнении Вселенной.
— Что я могу тебе сказать, — сосредоточенно заговорил В, внимательно дослушав Мотин ответ. — Зря ты так убеждён, что я не знаю, зачем Вселенной квазары.
От подобного заявления Мотя в буквальном смысле опешил. Градус удивления на его лице не поддавался описанию.
