Люсьен был похож на сексуального брата Джеймса Бонда ― смертельно опасного и чувственно привлекательного. Софи чувствовала себя так, как будто вышла на съемочную площадку и невольно оказалась в роли девушки, к которой он испытывает любовный интерес. Но, конечно, как и во всех лучших фильмах о Бонде, она была только ведущей леди Люсьена, пока приключение не закончилось.
Еда была божественной, но они едва ее попробовали.
Ее колено коснулось его, когда она потянулась к своему вину.
Его пальцы коснулись ее, когда он наполнил ее стакан.
Его взгляд задержался на ее губах, когда она пробовала золотое морошковое пюре, окропившее идеально затвердевшую паннакотту.
― Это восхитительно, ― она смаковала охлажденный бархатный крем у себя во рту.
Люсьен склонил голову, пробуя собственный десерт.
― Чего-то не хватает, ― он отодвинул стул и обошел стол со своей тарелкой с десертом в руке. ― Что думаешь?
Он положил немного своей паннакотты в ее рот. Его взгляд держался на ее губах. Он включил режим хищника, и острые ощущения прокатились по позвоночнику Софи.
Он прислонился к столу, и она нарочно положила руку ему на ногу, проглотив полный рот безупречного десерта.
― М-м-м. Я вижу, что ты имеешь в виду...
Люсьен опустил глаза, наблюдая, как ее рука скользит по его бедру. Через несколько секунд он поднял ее на ноги к своему телу.
― Знаешь, я думаю, что он должен быть слаще, ― сказал он и расстегнул молнию на ее платье.
Оно упало на пол, оставив Софи чрезмерно возбужденной и одетой только в трусики и черные, замшевые, высокие каблуки. Его глаза блуждали по ее телу, а язык сосредоточенно коснулся его губы, когда он повернул ее вокруг выступа на стол. Пальцы Люсьена уже работали, расстегивая пуговицы своей рубашки. Через мгновение он отбросил Софи в сторону и заставил ее сесть более надежно на край стола.
У нее между ногами было холодно и гладко, тем более, когда Люсьен сорвал с нее трусики секунду или две спустя. Он приблизился к ее ногам, прикрыл ее рот своим.
― Вы должны передать повару, чтобы он добавил чуть больше сахара, ― сказала она, массируя его эрегированный член через брюки.
― Хм.
Люсьен опустил палец в десерт и вытер его по нижней губе Софи. Она высунула кончик своего языка, чтобы попробовать его, и встретила там язык, уже делающий то же самое. Его руки были прикованы к обеим сторонам ее тела, когда она откинула голову назад, чтобы позволить ему тщательно поработать над ее ртом.
― Это уже немного слаще, ― пробормотал он.
― Однако, недостаточно? ― спросила она, полностью осознавая, что этого не произойдет.
Он с сожалением покачал головой.
― Не совсем.
Софи кивнула, затем окунула свои пальцы в паннакотту и намазала ей свои остроконечные соски, пока они не стали похожи на Альпы за окнами.
― Как думаешь, это поможет?
Он одобрительно поднял бровь.
― Дай мне проверить.
Он облизывал каждый из ее сосков, и связь между его горячим языком и холодным десертом на ее плоти заставила Софи вздохнуть с удовольствием. Его член под ее рукой был твердым, как камень.
― Достаточно хорошо?― прошептала она, осажденная безудержной похотью в его глазах, когда он выпрямился.
― Почти.
Он потянулся за ней, и одним быстрым движением скинул все содержимое обеденного стола на пол.
Его теплые руки охватили ее талию и отодвинули назад на столе, он широко развел ее ноги. Софи прекрасно знала, куда он направляется, и ее тело дрожало от предвкушения. Она закусила губу, когда его пальцы погрузились в десерт. Ее тело сжалось от эротического шока, когда он размазал охлажденные сливки между ее ног. Люсьен на мгновение остановился, чтобы полюбоваться своей работой; слой толстых остроконечных вихрей, которые покрывали ее скромность самым неприличным образом.
― Попробуй меня.
Она была на полпути к попрошайничеству, и эта дерзкая полуулыбка коснулась губ Люсьена.
― Скажи это снова.
― Пожалуйста, Люсьен. Попробуй меня.
Люсьен опустил голову, медленно двигая языком по всей длине ее клитора. Желудок Софи скривился, когда она увидела, как крем переместился с ее тела на его язык.
― Лучше?
Его рука легла ей на живот.
― Это чертовски вкусно.
Его большой палец втиснул крем в ее лобок, прошуршав вдали от ее клитора, и когда он, наконец, опустил голову и начал есть ее, переход от игривого к смертельно серьезному напору привел к тому, что она почти кончила. Его язык и губы были на всей поверхности ее промежности. Сосать, ласкать, лизать ее начисто.
Софи опустилась на холодную столешницу и прижала руки к покрасневшим щекам, приближаясь к оргазму с каждым ударом его языка. Он потянул ее к краю стола и расстегнул брюки, а затем сунул в нее свой член в презервативе, без какой-либо прелюдии.
Софи была горячей, мокрой и готовой, а он был великолепно тверд, быстр и грязен. Она кончила почти сразу, как только он в нее вошел, а Люсьен закончил через несколько секунд следом. Это было слишком интенсивно, чтобы длиться дольше, чем эта пара моментов, но они были самыми сексуальными моментами в жизни Софи.
***
