Некоторое время он нерешительно сидел на том же месте. Оба Хицугири выжидающе смотрели на него. Наконец, Марти понял, чего они от него хотят, и поднялся со стула. Он ушёл за другой столик не сразу; прежде он положил руку на сердце и с самым честным выражением, на которое он только был способен при всём своём плутовстве, произнёс:
— Что ж, примите мои искренние извинения, мисс Марибель, если я вас чем-то обидел. Впредь я постараюсь больше не докучать вам своими приставаниями… если, конечно, вы сами этого не захотите. — Марти не смог сдержать лукавой ухмылки. Он убрал руки в карманы джинсов и, склонив голову набок, поинтересовался: — Или вы предпочитаете, когда вас называют Мэри?
От этого беззаботного замечания Супер Мечтательница вмиг побледнела, лишь чтобы в следующую секунду по её лицу пошли красные пятна. Видя такую реакцию, Хитаги торопливо замахала на Марти руками, а затем быстро села на тот же стул, где минуту назад сидел барабанщик, попутно шикнув:
— Забери его отсюда, Дей!
На лице Марти отразилось возмущение.
— Забрать меня? Я что, по-твоему, хомячок? — обиженно поинтересовался он.
В этот момент Дэймон подошёл к барабанщику и, взяв его за шкирку в очевидном намерении оттащить к их обычному месту, с холодной издёвкой заметил:
— Скорее вы похожи на сушёную селёдку, чем на хомячка.
Марти поперхнулся от возмущения и шёпотом, чтобы не привлекать лишнего внимания Хитаги, принялся что-то говорить мечнику.
Тем временем, оказавшись ненадолго без своего обычного общества, Супер Азартный игрок ободряюще улыбнулась Марибель, которая из-за своего поведения перед Марти была готова со стыда провалиться сквозь землю и одновременно почувствовала горечь от напоминания о Ренко — единственной, кто постоянно называл её Мери. Мечтательница обратила внимание, что Марти произнёс это имя слегка иначе, чем подруга, но даже этого хватило, чтобы пробудить ворох светлых воспоминаний о времени вместе в клубе. Марибель очень плохо умела скрывать свои истинные чувства, поэтому Хитаги сразу заметила её настроение и, взяв её ладони в свои, ласково произнесла:
— Хан-сан, если Марти-сан опять увлечётся, не стесняйтесь обращаться ко мне или к Дэймону. А то знаете, этот человек — не самый лучший кавалер. Может, он сперва и кажется обходительным, но на самом деле может быть довольно подлым. — Марибель открыла было рот, чтобы спросить, почему тогда сама Хитаги с ним общается, но та предугадала её вопрос и с усмешкой заявила: — За себя я не беспокоюсь: не думаю, что у него есть шансы меня хоть как-то обмануть после того, как я увидела большинство его трюков. А вы пока ещё не успели осознать, на что он способен, так что у него есть шансы вас запутать. Я ни в коем случае не виню вас ни в чём, просто беспокоюсь, потому что вижу, что вы хороший человек…
— Даже после того, что я умолчала о существовании барьера? — невесело усмехнулась Марибель, мягко высвобождая свои руки из хватки Супер Азартного игрока.
Хитаги ненадолго задумалась, а затем склонила голову набок и с лучезарной улыбкой заявила:
— На самом деле, мне было бы легче, если бы его существование так и осталось тайной, так что тут я вас не обвиняю. — Марибель удивлённо захлопала глазами. Тогда Хитаги стала подниматься и уже на ходу заключила, ободряюще подмигнув Супер Мечтательнице: — И вообще, если вам что-то понадобится, можете на меня рассчитывать, Хан-сан.
Сказав это, она ушла к столику, за которым Марти горячо внушал Дэймону, что его полное имя — Мартин — отличается от сокращённого не только одним звуком. Улыбающаяся Хитаги присоединилась к дискуссии. А Марибель, оставшись одна, не смогла не бросать на них короткие взгляды. Поведение этой троицы заставило её задаться вопросом: “Как можно оставаться такими беспечными после всего, что произошло в этом проклятом месте?” В душе самой Марибель, казалось, остались неизлечимые раны, постоянно напоминающие о себе ноющей болью в сердце. За время наблюдения за Хицугири и Марти она пришла к выводу, что дело в том, что они есть друг у друга. С горечью Марибель подумала, насколько легче ей было бы, будь Ренко сейчас рядом. Наверняка они так же могли бы иногда болтать о всякой ерунде, даже находясь в такой, казалось бы, безнадёжной ситуации. Ренко обязательно не дала бы ей забыться, когда Марти только что чуть не завлёк её в свои сети — осознанно или нет. А ещё Марибель не сомневалась, что подруга поладила бы с Минато, если бы они немного пообщались. Ведь оба, судя по всему, вполне могли строить хорошие отношения с людьми, если этого хотели… И вдруг Марибель почувствовала как никогда острое желание быть с Ренко. Сожаление о потерянных мгновениях захлестнуло её с головой, в глазах против воли начали собираться слёзы. Чтобы немного успокоиться, она торопливо отпила чай, который ей заботливо заварил Марти.
