— А если не пойду? — подняв голову, тут же встретился со взглядом убийцы Шуичи, понимая, что стоит сделать всего три шага, и он окажется в руках маньяка.
— Шуичи…— Кенджи сжал кулаки, да так, что на них появились вены, говорящие о его раздражительности. — Ты намеренно меня злишь? Правда думаешь, что это весело?
— Нет, я считаю, что хожу по лезвию ножа. Это опасно, но… — Ямамото сделал шаг назад, наконец выдав свой ответ: — Я не хочу жить, как хочешь ты, Кенджи. Не хочу…
— Вот как… — маньяк опустил голову, отчего Шуичи не видел его лица и был этому очень рад. — А что ты хочешь? — от услышанного вопроса юноша дёрнулся, не веря, что эгоисту стали интересны его желания. — Мы можем прийти к компромиссу. Ты всё равно не можешь покинуть это место.
— К компромиссу… — задумался Шуичи и, пользуясь возможностью, решил попробовать выдвинуть свои требования. — Я хочу помочь Ямада-куну выжить. Я хочу, чтобы ты перестал относится ко мне как к своей собственности. Я хочу… — хоть Ямамото очень желал сказать, что он хочет домой, но зная, что это невозможно и ему в любом случае придётся оставаться здесь или умереть, он выдвинул иное требование: — Быть тебе равным, а не быть под тобой.
Некоторое время Кенджи неподвижно стоял на месте, будто обдумывая условия и размышляя, стоит ли на них соглашаться. Шуичи был уверен, что маньяк сейчас рассмеётся над ним и в итоге поступит так, как хочет. Но всё сложилось иначе.
— Хорошо.
От услышанного ответа глаза Ямамото сверкнули удивлением. —
— Я выполню твои три требования, если ты выполнишь мои, — подняв голову, начал вторить свои желания Кенджи: — Я хочу, чтобы ты даже и не помышлял о том, чтобы умереть или сбежать от меня. Я хочу, чтобы ты больше не лез в дела этого мира. Сколько бы людей сюда не попало, ты больше не станешь им помогать выбраться. Я хочу… — юноша прикрыл веки, будто вспоминая что-то хорошее, но и одновременно очень грустное. — Чтобы ты продолжал вести себя со мной так же, как в наши первые дни.
Теперь настало время Шуичи погрузиться в раздумья. Ему не нравился это мир, и думая о будущем, парень не видел его. Он хотел умереть.
Ладно. Если отбросить первое желание, то Ямамото также задумался и над второй просьбой. Видеть страдания людей и не помогать им… Чем тогда Шуичи становится лучше своих бывших одноклассников, которые вечно стояли в стороне, когда над парнем издевались..? Ничем.
Третье же требование и вовсе казалось невыполнимым. Как после всего Ямамото может смотреть на Кенджи с теплом и восхищением? Парню страшно даже стоять рядом с Сато, не то что спокойно спать на одной постели или болтать о всякой ерунде. Все эти требования никак не укладывались в голове Шуичи. Но так как позади в доме всё ещё находился живой человек, которому юноша дал слово, ему пришлось кивнуть, но это совсем не означало, что он выполнит свою часть сделки после того, как Минору выберется отсюда.
— Хорошо, — наконец ответил Шуичи, отведя взгляд, и, кажется, этим разозлив Кенджи, но тот никак не возразил на это, а сделал ещё пару шагов, теперь находясь в шаге от юноши.
— Рад, что мы пришли к компромиссу, — улыбнулся Кенджи, дёрнул рукой, будто желая обнять Ямамото, но после резко передумав.
Некоторое время посмотрев на Шуичи, юноша прошёл вперед, чтобы зайти в дом, чем очень напугал Ямамото, ведь внутри находился спящий Минору.
— Эй, ты куда? — вдруг схватив парня за руку, не дал ему полностью открыть двери Шуичи.
— В дом. Нельзя позволить тому гаду умереть, иначе наш договор будет разрушен, — пояснил Кенджи, опустив взгляд на плечо Шуичи, а затем резко потянув за тонкую ткань и разорвав её.
— Что ты…
— О, уже зажило. Как хорошо, — проведя холодными пальцами по плечу юноши, на котором не было и царапины после укуса монстра, улыбнулся Сато, после чего резко убрал руку, словно от огня, и вошёл в дом.
Пару секунд находясь в замешательстве, Ямамото посмотрел на свои полуразорванные вещи. Они были в крови, что явно не понравилось Кенджи, отчего тот их и порвал. Дотронувшись ладонью до места, где касался Сато, парень ощутил жжение, хотя его тело и рука были холоднее льда.
***
Озадаченно смотря то на сидевшего у окна Шуичи, то на стоявшего у стены маньяка, Минору думал, будто всё ещё спит, но это было не так.
— Я всё объясню… — привстал юноша, переодевшийся в широкую футболку, смотревшуюся на нём как короткое платье, и подошёл ближе к приятелю.
— Вы заодно, да? Пришли убить меня? Хотите…
— Нет же, послушай...
— Ах ты предатель! Зачем я только доверился такому как….
Минору не договорил, покуда откуда не возьмись взявшийся нож пролетел всего в сантиметре от его щеки, заткнув-таки взбешенного юношу.
— Какому? Подумай хорошо над ответом. Если он окажется неверным… — крутя в руках новый нож как игрушку, с чудовищной усмешкой выдал Кенджи. Он явно не шутил.