Кира впрыгнула в его кроссовки так быстро, будто кто-то брал ее «на слабо». При этом она не спускала глаз с Тэрона. Ткань кроссовок мягко обнимала и грела ступни, когда ира наконец окончательно в них залезла. Хотя они и были как минимум на три размера больше, чем ее ноги, – стоять в кроссовках в тысячу раз приятнее, чем на холодной плитке.
– Так лучше? – спросил Тэрон.
Кира заметила голубую искру в его глазах. Юноша отвел взгляд.
– Не слушай Брук. Мы все теряем контроль время от времени, – сказал он. – А Йен-то уж точно заслужил взбучки.
– Спасибо.
Кира не понимала, почему Тэрон был так добр к ней. Они даже не знали друг друга.
– Мне предстоит еще многому научиться.
– Тебе, мне и многим другим. – Он положил руки на балюстраду и осмотрелся. Плоские облака над деревьями окрасились в нежно-розовый цвет.
– Мы – больше, чем смертные грехи. Иначе нас бы здесь не было, не так ли?
Кира изучала белокурого юношу со стороны. Он словно никогда не был неуверенным в себе. Парень хотел потанцевать с Кирой и пригласил ее. Он заметил, что девушка замерзла, и отдал ей свою обувь. Тэрон был таким настоящим.
– Ну и почему ты здесь? – спросил он. – Какая у тебя история?
– Моя история?
– Да. Чем ты занималась, прежде чем приехать сюда, чтобы драться с парнями?
Кира пожала плечами.
– Дралась с девочками.
Тэрон снова рассмеялся.
– Значит, с тобой лучше не связываться. Что еще?
– Ничего.
– Ничего?
Кира снова подняла плечи к ушам. У нее не было захватывающих историй, которые можно кому-то рассказать. По крайней мере, таких, которые бы понравились Тэрону. Ее жизнь в Парсонс-Энде выглядела серой и неинтересной. Бесконечная петля потраченного времени. Кира могла провести полдня за разглядыванием пятна на стене или угрызениями совести. В то же время девушке оказалось сложно сконцентрироваться на чем-то дольше, чем на десять минут. Внутреннее беспокойство, подобно голодному хищнику, бродило по ее мыслям.
У Киры не было интересов, которыми она бы со страстью увлеклась. Попытки иры найти хобби с треском провалились, когда она вылетела из хоккейной команды в возрасте одиннадцати лет. Вместо мяча девушка била своих товарищей по команде. Никто не хотел, чтобы она оставалась.
– Моя жизнь до некоторого времени была достаточно… – Кира пыталась найти подходящее слово, – однообразной.
Тэрон выпрямил спину и посмотрел на нее так, будто у Киры на лбу было написано, говорила она правду или ложь. Он внимательно разглядывал девушку и улавливал каждую деталь. Затем покачал головой.
– Нет, – сказал он. – Все не так.
Юноша видел ее насквозь.
Голубые кристаллы сверкали в его глазах, когда Тэрон уверенно смотрел на нее. Кира не смела моргать. На мгновение ей показалось, что все чувства стали ярче. Запах свежей травы ударил девушке в нос и смешался с запахом геля для душа, которым пользовался Тэрон: это была смесь горячего шоколада и перца чили. Она слышала отдаленное чириканье пары птиц. Маленькие волосы на руках Киры встали дыбом и затряслись от утреннего ветра.
– Кира.
Она вздрогнула, услышав свое имя. Миссис Киллингворт стояла у двери и внимательно смотрела на обоих школьников. Кира не знала, чувствовала ли она облегчение или смущение от внезапного появления директрисы. Поэтому ощущала и то, и другое.
Левая бровь директрисы слегка поднялась, когда она взглянула на салигий. Кира в пижаме, пальто и слишком больших кроссовках, а Тэрон в школьной форме и белых спортивных носках. Судя по всему, она нечасто заставала учеников в таком виде. Миссис Киллингворт же успела переодеться в костюм. Из строгого пучка все еще торчали несколько непослушных прядей, что свидетельствовало о внутреннем беспокойстве, которое женщина пыталась скрыть под костюмом.
– Я везде вас ищу! – сказала она с упреком в голосе. – Вы немедленно идете за мной.
Несколько мгновений спустя Кира и другие нарушители выстроились в ряд в офисе миссис Киллингворт. В отличие от девушки, остальные школьники успели сходить в душ и надеть чистую одежду. В своей грязной пижаме и кроссовках она на их фоне выглядела лесным чудовищем.
– А сейчас вы расскажете мне, что произошло сегодня ночью, – потребовала миссис Киллингворт. – Грей?
Американка замерла на месте, услышав свое имя.
– Миссис Киллингворт, – произнесла она необычайно кротко. – Мы не знали… Вернее, это было исключением…
– Исключением? – Директриса недоверчиво посмотрела на девушку.
Кира почувствовала раздражение, исходившее от Грей в тот момент. Супербия не привыкла к тому, что кто-то сомневался в ее высказываниях – и уж тем более передразнивал ее.
– Мы хотели устроить Кире приветственный праздник, – объяснила она.
Миссис Киллингворт вздохнула так тяжело, что Кире стало страшно: грудная клетка женщины вот-вот взорвется. С серьезным выражением лица директриса посмотрела на ребят.
– Как вы смогли покинуть территорию школы?
– У н-нас был к-ключ, – заикалась Эйвери.
– Откуда он у вас?
– Он торчал в замке, – ответил Йен, не дослушав вопрос до конца.
