' — Да, я вижу, как шкала маны резко дернулась вверх и уперлась в потолок.'
Так вот почему на вкус пузырь такой остренький!
Лизну-ка я его еще раз.
А чего у тебя рожа так перекосилась, хрен ушастый? Удивлен?
Эй-эй! Бросаться в меня всякими лучами не нужно. Это же пустая трата маны. Я легко уворачиваюсь. При этом не отлипая от пузыря. Классно выглядит изнутри?
То я справа от хрена ушастого, то слева, то сверху…
Кушай, Амба, кушай!
— Срать в капусту! Вот это способность! — восторженно восклицает Бес, поглядывая на бабл. Он в этот момент располовинивает мелкого мутанта рубящим ударом, усиленным магией света. — Мне бы такую!
— Так прокачай, — отвечаю ему, уходя от очередного луча.
— Нет у меня такой фичи в ветке навыков. Это только у Яна. Он у нас паладин. Я воин света. Наши навыки и способности часто совпадают или похожи, но имеются много разных.
— Вот он жук лысый!
— Ага! — соглашается воин света и переключается на какого-то эльфа. — Я этот меч знаешь куда тебе засуну, ослоух пучеглазый?!
А что это ты, хрен ушастый, стал таким беспокойным? Ты уже не уверен в совсем чудо-пузыре?
Вон, как глазки забегали, заметались.
— Умри! — в отчаянии кричит Мелисайент.
Руки светлоэльфийского главнюка напитываются нестерпимо ярким светом.
Ох, не хочу словить такой гостинец.
' — Эх, придется ему прервать трапезу. Ничего ни поделаешь. Впереди, думаю, еще много лакомых кусочков попадется.'
— Лезвие Абсолюта, порази выродка тьмы! — выкрикивает Милисайент, вскидывая светящиеся руки в мою сторону.
И клиновидный концентрированный луч света уходит в стенку пузыря, где нахожусь я…
— Это ты про меня? — шепотом, прямо в ухо, спрашиваю хрена ушастого после того, как перемещаюсь ему за спину с помощью Пространственного скачка. Специально его раньше не использовал.
Глаза у того от осознания происходящего и, следом наступившего ужаса, расширяются. И чуть из орбит не вываливаются.
— Аааааааааааа-а-а-а! — начинает диким не своим тонким голосом визжать ушастый. В конце так чуть ни на ультразвук переходит.
— Эй, Макс! — выкрикивает, сражающийся неподалеку, Скорпион. — Ты там чего к девушкам пристаешь и за косички дергаешь? Или ты там паука ей в трусики подкинул? Чего так визжит?
И начинает ржать над своей же шуткой.
— Вырви этой отрыжке осла глотку! — советует мне Бес. — Барабанные перепонки чуть не лопнули!
Тут мимо меня пролетает жопа дикобраза. И это не выражение какое. Реально, задняя половина его игольчатой туши.
Кто это у нас такой веселый?
Ага, вижу кто. И мне самому сразу становится не так весело. В мою сторону движется троица еще тех клоунов. Страшных и, на мой непритязательный взгляд, совсем не смешных.
Быстрым резким движением, как и советовал Бес, вырываю глотку Милисайенту и ору своим:
— Валим отсюда! И в темпе!
Направление мое встревоженного взгляда замечают и другие.
— Слушаемся Макса! — советует товарищам Скорпион, глянув на приближающуюся троицу химерных выродков человека. — Он иногда дельные вещи говорит. — И уже мне: — Макс! Прокладывай путь, ледокол ты наш!
Да я запросто!
Пара усиленных таранов и десятки разлетающихся противников указывают товарищам направление маршрута. А дальше и прыгаю вперед, разрывая противников когтями и рассекая их воздушными тесаками на ходу.
Толпа моих друзей, а с ними и всякие сумеречные кошки, плотной группой двигаются следом, вырезая оставшихся на пути.
— Кого мы так испугались? — слышу вопрос Беса.
— Вон, — отвечает ему Саня Стрекоза, — видишь, маньяки нас преследуют.
— Чушь! — не соглашается тот. — Убийцы это. А вот Макс, например, настоящий маньяк. И ты маньяк. Видел, как ты шинкуешь противников своими клинками. И Скорпион, и… И даже пернатый! Вон, он полетел. Я после сегодняшнего боя, к нему и близко подходить не буду. И петухом называть. Вдруг, что подумает не то. Обидится. А мне мои глаза дороги.
— Сам ты маньяк! — со смехом бросает Саня Стрекоза. — Свою злодейскую расчлененку подсвечиваешь магией света.
— Все мы маньяки! — с гордостью восклицает Молчун.
