Я повернула голову в ту сторону, откуда донесся голос. Икари-сан летел рядом со мной, широко раскинув призрачные крылья.
- Вниз, - ответила я ему.
- А почему ты летишь вниз? - задал следующий вопрос Икари-сан.
Я задумалась. Ответ был... непростым. И его требовалось как следует обдумать, чтобы не показаться глупой. Этого почему-то не хотелось, хотя обычно мне было все равно, что обо мне думают.
- Так принято, - смогла я наконец-то сформулировать. - Падают обычно вниз.
- Тогда спрошу так: почему ты падаешь, а не летишь? - Икари-сан улыбнулся... и мне почему-то показалось, что вопрос, несмотря на насмешливую форму, отнюдь не должен меня обидеть.
- Потому что у меня нет крыльев, - произнесла я самоочевидную истину.
- А ты позволишь мне стать твоими крыльями?
Икари-сан смотрел на меня так, что я непроизвольно осмотрела себя. Ведь несколько раз было, что я оказывалась во сне голой. Правда, это интересовало меня только с информационной целью. Я ведь уже разрешила Икари-сану смотреть на меня, как бы одета или же раздета я не была. Но нет. На мне была привычная школьная форма. И даже юбка, хотя и трепетала в набегающем потоке воздуха, но отнюдь не задралась "до неприличия". Тогда я перевела взгляд на Икари-сана... Он был в чем-то, напоминающем пилотский контактный комбинезон... только не бело-синем а черно-серебряном. Через некоторое время, осознав, что уже "неприлично пялюсь", я кивнула, соглашаясь.
Икари-сан протянул руку и взял меня из воздуха, в котором я падала. Я опять стала перебирать в памяти прочитанное, чтобы выбрать подходящую реакцию. Несколько вариантов, вроде "закричать", "завизжать", "дать пощечину" - были мной отброшены как нелогичные. Ведь я разрешила Икари-сану сделать то, что он сделал. Так что оставалась только одна возможность. Я закинула руки ему на шею и затихла, пригревшись.
- Смотри! - сказал Синдзи через промежуток времени, показавшийся мне возмутительно коротким.
Я подняла голову. Над нашими головами неторопливо поворачиваясь вокруг своей оси, пролетала огромная скала. Ее нижняя часть была плоской, и на этой перевернутой площадке горел, переливаясь всеми оттенками синего, небольшой костерок. И то, что он горел, можно сказать "вверх ногами" - ему ничуть не мешало.
Икари-сан взмахнул крыльями, останавливая подъем, затем - перевернулся, и его сапожки мягко коснулись черного камня. Провернувшийся вокруг нас мир застыл в новом равновесии. Бесконечная бездна, из которой мы с Икари-саном взлетали - оказалась небом над головой... столь же темным и бесконечным. Костер горел так, как ему и положено. Да и Икари-сан, удерживая меня на руках, стоял отнюдь не вниз головой.
Вопрос о том "почему я лечу вниз" - приобрел новые оттенки смысла. Не могло ли оказаться, что я действительно "падала вверх"?
- Устраивайся, - сказал Икари-сан, отпуская меня с рук.
Мне захотелось, чтобы он не отпускал меня... Но я задавила в себе порыв, требующий попросить об этом. Я не могла определить, сколько именно Икари-сан удерживал меня в объятиях, но наверняка - достаточно долго, чтобы он устал. Так что я опустилась на камень площадки, приняв позу сейдза*. Как ни странно, но сидеть на гладком до зеркального блеска черном камне оказалось очень удобно.
/*Прим. автора: Сэйдза (яп. "правильное сидение") - поза сидения на коленях ("по-японски"). Является традиционным японским способом сидения на полу (иногда с использованием подушек). Помимо чисто утилитарного значения поза сэйдза имеет зачастую и церемониальный смысл, во многом зависящий от общественного положения, возраста и пола сидящего.*/
Икари-сан опустился на одно колено, как будто приветствуя огонь как сюзерена. Его левая рука была скрыта за спиной, а правая, сжатая в кулак, - легла на грудь. Икари-сан пробормотал что-то, чего я не смогла разобрать, а потом - сунул руку прямо в огонь.
Я с трудом удержалась от того, чтобы вскочить, вытащить руку Икари-сана из огня, оказать ему необходимую помощь, пусть у меня и нет никаких необходимых препаратов. Но кое-что можно сделать и так! Остановил меня только уверенный вид Икари-сана. Может ли быть, что он - знает, что делает?
Костер полыхнул синей вспышкой. На мгновение мне показалось, что я все горю в этом синем пламени. Что оно каким-то образом познает меня, запечатлев в себе. Но когда я проморгалась, костер уже был обычным, рыжим. Необычным в нем было только то, что огонь горел прямо на голом камне. Икари-сан сидел напротив, и не заметно было, чтобы его поступок имел какие-то неприятные для него последствия.
- Так принято, - улыбнулся он в ответ на мой вопросительный взгляд. - Приходя сюда, считается вежливым дать понять остальным, что место - занято.
Нереальность. Икари Синдзи
Скала Встречи приняла нас, как и всегда, своим спокойным уютом. Всякая полуреальная мелочевка, что любит виться вокруг обитаемых миров, никогда не приближается к ее огню, зажженному в незапамятные времена, по сравнению с которыми Война-в-Небесах* была лишь вчера, как бы не самим Изменяющим пути.
