— Ах да, жизнь селебрити, — он не отвечает на мой подкол. Видимо, это слишком явная правда. Риз отпивает немного кофе и вздрагивает, потому что он слишком горячий.
— Черт, — он всего лишь высовывает язык, чтобы охладить его, а в моем животе что-то делает сальто.
— Поэтому я предпочитаю айс кофе. Никаких обожженных языков, — смотрю на его стаканчик. — И кто же такой Джордж?
— Мой пес, который живет у родителей. Лабрадор шоколадного цвета.
Тут я должна что-то сказать ему в ответ. Мама и Руби сказали бы, что сейчас самое время потренироваться. Например, можно было бы упомянуть Мою кошку Берту, которая осталась с мамой, или что-нибудь смешное про домашних животных. Но не могу подобрать слова. За пределами раздевалки я словно не могу ни о чем думать.
Поэтому я поднимаю стаканчик и просто говорю:
— Ладно, пока.
— Подожди, — он немного повышает голос.
— Что? — я поворачиваюсь к нему, но вижу, что он смотрит куда-то мне за спину, в сторону выхода.
— Просто… — его рука ложится мне на талию, и он тянет меня к себе. — Только не волнуйся, Солнышко.
— Ты что собрался…
Но я не успеваю договорить, как он резко прижимает меня к себе. Его тело словно высечено из камня, а теплые губы при этом мягко касаются моих. У меня совершенно не было времени отреагировать на это. Хотя, если бы могла, я бы все равно не стала ничего делать. Потому что я в полнейшем шоке.
И даже эта мысль прерывается, когда он углубляет поцелуй и легко касается языком моих губ неожиданно нежными и завораживающими движениями. Я прощаюсь с последними остатками здравомыслия, впуская его. Каждая клеточка моей кожи пылает, а сердце словно вот-вот вырвется наружу.
Другую руку он опускает на мою поясницу, и я чувствую, как пальцами он вцепился в мое худи. Я все еще держу между нами стаканчик с кофе, второй рукой держась за его предплечье. Когда я начинаю думать о том, не сошла ли я с ума, он медленно отстраняется, прижимаясь своим лбом к моему.
— Какого черта? — шепчу я, пытаясь отстраниться.
Он все еще держит меня, и я понимаю, что Риз не собирается меня отпускать. Не сейчас.
— Извини, — едва слышно говорит он. Интересно, он может сейчас услышать стук моего сердца? А что, если у меня вот-вот случится сердечный приступ? Так всегда происходит, если целуешься с парнем, вроде Риза Кейна? Ощущение, что тело раскалилось до предела и сейчас взорвется.
Он просил не волноваться, но это не помогает мне не быть на грани истерики в эту секунду.
— Какого. Черта, — снова повторяю я.
Он снова смотрит куда-то мне за спину на столпившихся людей и выглядит… как-то слишком взволнованно. Он немного ослабляет объятия, но все еще не отпускает меня. В его взгляде явно читается сожаление.
— Я… Прости. Я знаю, что не симпатичен тебе. Да и все парни в целом.
— Для чего это представление? Ты меня за дурочку принимаешь? Ты с кем-то поспорил? — оглядываю кафе. — Где-то здесь парни из команды? Ты заключил пари с Джефферсоном, что поцелуешь меня?
— Нет. Моя бывшая, — он касается своих губ указательным пальцем и качает головой.
Я заглядываю за его массивную фигуру и вижу ее. Шэнна Уентворт. Все знают ее или, как минимум, о ней. Они с Ризом были вместе с самой школы. В будущем его ждало НХЛ, а её — идеальный брак с хоккеистом из НХЛ. На окончание школы он подарил ей помолвочное кольцо, которое она надела на интервью для
— Так, а зачем ты поцеловал меня? Чтобы она ревновала? — я все еще немного дрожу, когда замечаю ее идеальный макияж и длинные ногти стилеты. По ней видно, что ее одежда не из дешевых, она уже похожа на светскую жену хоккеиста. А я? Ну, в моей грязной толстовке с кофейными пятнами, спортивных штанах и кроссовках я похожа… на младшего брата-подростка Риза. — Ты правда думаешь, что я могу вызвать у кого-то ревность?
— Ты не особо рассматриваешь себя в зеркале, да? — его глаза сужаются.
— Что…
— Вот черт, она идет. Подыграй мне, — он поднимает взгляд над моей головой и легко машет.
— Не буду.
— Пожалуйста, — это отчаяние? Кто-то вроде Риза может ощущать отчаяние? Я как-то видела, как он впечатал в стену человека, весом минимум сто килограмм, мчась в него на коньках со скоростью 30 км в час.
Или как однажды, с льющейся из носа кровью, он все равно смог забить победную шайбу. Этот человек бесстрашен.
Или мне так казалось.
— С чего бы мне это делать?
— Тогда я не буду выглядеть глупо, — его челюсть напрягается, и я думаю, что сейчас он сдастся, но тут Риз говорит: — Я попрошу Рида пригласить Надю на свидание. Я серьезно.
Все это происходит так быстро, что я даже не успеваю согласиться, как он заправляет прядь моих волос за ухо и проводит пальцами по моей челюсти.
По рукам начинают бегать мурашки, потому что этот парень использует всю мощь своего обаяния.
— Ладно, — слышу я свой голос сквозь шум быстрых ударов собственного пульса. Будто у меня есть выбор сказать что-то другое.
