— У меня нет никакого сотрясения. Я просто напился, Твай, — Рид приподнимается на локтях.
— Ну конечно, — прищурившись, она смотрит на меня через плечо. — Не поможешь?
Придя в себя, я беру все в свои руки и помогаю Уайлдеру подняться.
— Здесь не на что смотреть, — объявляю я. — Расходитесь.
Толпа редеет, когда все понимают, что ничего интересного не происходит. И когда я чувствую, что Рид твердо стоит на ногах, то отпускаю его и поворачиваюсь к Твай.
— Извини, я не узнал тебя, — теперь, когда она тоже встала, я могу получше ее рассмотреть. Она не слишком откровенно одета. Обычная обтягивающая укороченная футболка, и джинсы с высокой талией. Бог мой, она даже в кроссовках! Но вот волосы и глаза. В них все дело. У нее огромные голубые и совершенно невинные глаза, а еще эти пухлые губы. Правда, все это теряется за ее вечным стервозным выражением лица. Но черт возьми, кто мог знать, что под этими толстовками у Твайлер офигенно подтянутое тело? На какую-то горячую долю секунды в моей голове проносится плохая идея, которая резко обрывается оглушительной речью тренера Грина. И кроме того, она ясно дала понять, что парнями совсем не интересуется.
За это я ее уважаю, но не могу отказать себе
— Спасибо, что быстро оказалась рядом, — добавляю я. — Напившись, он превращается в полного идиота.
— Все нормально, — она никогда не смотрит мне прямо в глаза, ее максимум — рассматривать мою шею. — Это часть моих обязательств.
— Хотя в чем-то Рид прав. Ты никогда не приходишь на наши вечеринки.
— Ну, — она теребит волосы, перекидывая их через плечо и обратно. — Меня никогда не приглашали.
— Не правда, — говорит Рид. — Ты же наш бро, ты можешь приходить без приглашения.
Вперед выходит девушка, которую я совсем не заметил в этой неразберихе. И это странно, потому что она выглядит так, будто в полной готовности оторваться. Она бы приглянулась любому парню в команде, если не учитывать то, как хмуро она смотрит сейчас на Рида.
— Она не бро, идиот, — она показывает на грудь Твайлер. — Разве у бро могут быть такие сиськи? — затем разворачивает ее и хлопает по заднице. — Или настолько потрясающая задница?
— Надя! О Боже, — Твай закрывает лицо, словно надеется, что может просто исчезнуть. Из-под рук слышно ее бормотание. — Пожалуйста, не слушай ее.
Конечно, это привлекает еще больше моего внимания. Я не могу отвести взгляд от краснеющей шеи, опускаюсь ниже, и теперь я рассматриваю ее грудь. Да, вполне неплохо. Но только я поднимаю глаза, как вижу, что она заметила это.
— Ты серьезно только, что пялился на меня? — она хмурится.
— Я ни при чем, Солнышко, — показываю на девушку. — Это она меня заставила.
Кем бы она ни была.
— Я знаю, что ты бесподобен в хоккее и пользуешься спросом у девушек, но я с утра никак не изменилась, — она скрещивает руки на груди, надеясь, что это ей поможет. Она ошибается. — Давай не будем ничего менять.
Она вспомнила то сравнение с младшим братом. И как я додумался ляпнуть это?
— Рид, если ты уже пришел в себя, — вздыхает Твайлер, отходя от меня. — Ты не мог бы сходить и принести моей подруге Наде выпить? Если тебе не сложно.
Рид впервые с момента появления Нади присматривается к ней. И счастливо улыбается.
— Конечно! На кухне полно алкоголя.
Мы остаемся одни. Я помню, что меня ждет Джинна, но просто уйти кажется как-то невежливо. Твай пришла на помощь Риду. И я как-то уже привык, что Твайлер приходит к нам в раздевалку, перевязывает лодыжки или раздает пакеты со льдом, но я только сейчас понял, что обычно она не особо разговорчива. И если уж на то пошло, то обычно она выглядит раздраженной. Как сейчас.
— Может, ты хотела бы зайти внутрь и выпить что-нибудь?
— Нет, я уже собираюсь идти домой. Наде нужно было только познакомиться, — Она смотрит в окно на кухню, где Рид и ее подруга смешивают напитки. — Миссия выполнена.
— А, так вот почему ты пришла. Ты сегодня компаньон? — смотрю на ее подругу, пытаясь узнать ее. — То есть, хм, компаньонка?
— Ага, поэтому.
— Почему мы с ней раньше не встречались?
Впервые за этот вечер она смотрит прямо на меня.
— Потому что у нас уговор. Ей запрещено встречаться с хоккеистами.
— Серьезно? — я смеюсь. — Почему?
Я медленно улыбаюсь ей.
— Решила поберечь нас для себя, Солнышко?
— Не называй меня так. И… — она бледнеет. — Надя, она… откровенно говоря, она коллекционирует Джерси. И достигла в этом завидных результатов.
— Понимаю ее, — и я правда понимаю. Дело в этой атмосфере: их хорошей одежде, том комфорте, который возникает рядом со спортсменами. И их уверенности.
Абсолютная противоположность той девушке, которая сейчас стоит передо мной.
— Понимаешь, мне просто не хочется, чтобы она, ну знаешь… — Твай морщится. — Делала это там, где я работаю.
— Вот как, — в ее словах есть смысл. Такие романы могут плохо кончиться и хоть я плохо знаю Твайлер, я вижу, насколько важна для нее эта стажировка. — А что изменилось сегодня?
