Маски. Мы все их носим. Все играем роли. Некоторые нам нравятся, а некоторые приходится играть для достижения каких либо целей, другие же роли нас заставляют играть. Но, так или иначе, мы все играем. Нет человека, который не играл бы какую-то роль, пусть даже самую маленькую. Маски и роли манят и притягивают. Защищают и причиняют боль. Это все наш осознанный выбор. Приносящий радость и боль. И когда эти два чувства достигают своего апогея, мы стараемся избавиться от надоевшей маски. Постепенно или резко — неважно. Снятая маска все равно оставит отпечаток.
Проснувшись, Элизабет привела себя в порядок и вышла из спальни.
— Мария! Брайан! — крикнула она. Никто не отозвался.
Элизабет знала, что муж рано утром ушел на студию, а вот куда в такую рань делись дети, она могла только догадывается.
Спустившись в гостиную, Элизабет попросила домработницу принести завтрак и стала составлять список дел на сегодня.
Энтони совершал свой утренний ритуал: проверял работу Лору. На раюоту её принимал еще дед Энтони, поэтому сомневаться в её компетенции не было оснований. Но данная процедура была заведена еще дедом, и изменять традициям Энтони не собирался. К тому же, хозяйка может удивиться такой фривольности дворецкого. Все-таки Лоуренсы консерваторы еще те!
Закончив со списком, Элизабет отправила сыну и дочери сообщение, написанное официально. Она всегда так делала, когда хотела подчеркнуть всю важность сообщения.
«Дорогие Брайан и Мария! Как вы помните, завтра у нас состоится прием друзей семьи и деловых партнеров. От вас требуется вести себя прилично, т. е. не напиваться и никого не приглашать. Я сама приглашу всех, кого надо. Это не та вечеринка, на которую можно тащить каждого встречного. Пишу вам это, чтобы вы не забыли и не натворили глупостей. Знаю, что вы можете быть умными.
Целую!
Мама».
Отправив сообщения, Элизабет взяла трубку городского телефона и подошла к окну. Какой все-таки красивый сад. Она открыла окно, и набрала номер личного стилиста. Договорилась, что через час в дом привезут платья для нее и Марии, а также костюмы для Роберта и Брайана.
Элизабет отвернулась от окна и увидела спускающегося со второго этажа Энтони.
— Энтони, ты случайно не знаешь, собирались ли Брайан с Марией прийти к обеду?
— Доброе утро, мисс Элизабет, — обратился к хозяйке Энтони. Пускай уже не утро, и к нему она не обращалась столь официально, но… за те деньги, что ему платят, можно не обращать внимания на любезности.
— Нет, увы, мисс Мария и мистер Брайан не говорили когда вернуться. Единственное, что знаю, господин Брайан собирался заехать на киностудию. По крайней мере, так он сказал мне, когда уходил.
— Спасибо, Энтони! Когда они придут, отправь их ко мне.
— Всенепременно, госпожа, — Энтони поклонился и пошел по своим делам.
Элизабет одобрительно улыбнулась и прошла наверх. Еще нужно сделать кучу звонков и проверить, кто из гостей принял приглашение на торжество.
***
Завтра день званого приема в доме Лоуренсов. У Энтони это вызывало двойственные чувства. С одной стороны ему было интересно поучаствовать, пускай и в качестве лакея, в таком мероприятии. Раньше он только мог наблюдать за ними издалека. Внука дворецкого не пускали на такие мероприятия даже в качестве прислуги. Сейчас все изменилось.
С другой стороны, он терпеть не мог все эти черные прилизанные костюмы, фраки, бабочки. Но на столь важном приеме появиться в джинсах и рубашке с закатанными рукавами было верхом фривольности. Мисс Элизабет такого не потерпит. По сути, из хозяев, она единственная обращает внимание на его внешний вид. Роберт, глава семейства, вечно пропадает в офисе. В доме появляется поздно вечером, а рано утром уезжает на работу. Стервочка Мария в упор не обращает внимания на Энтони. Да оно, её внимание, ему и не надо. Он даже рад, что Мария безразлична к нему. Только романов с хозяйской дочерью не хватало. Брайану вообще все равно на прислугу. Есть она или нет. Так что…
***
Элизабет села в кресло, устало прикрыв глаза. Предстоящий прием не вызывал у нее бурных радостных чувств. Обычная ярмарка тщеславия, местный деловой обычай, этикет. Да хоть как назови, сути это не меняет. Элизабет радовало только то, что будут Велбахи и Янги — две семьи, которые Лиз могла назвать друзьями.
Она знала, что на следующий день после приема встретится с Джейн Велбах и Элеонорой Янг, этаким женским клубом, и подробно обсудят торжество, а вернее всех кто там был. Сплетни не чужды и богатым. Тем более что саму Элизабет тоже будут обсуждать всю следующую неделю.
Но Элизабет Лоуренс наплевать, что про нее скажут. Да что там! Всей семье Лоуренсов наплевать, что про них говорят другие. У киностудии безупречная репутация, а торжества семьи Лоуренс просто королевские. Даже прислуга Лоуренсов втайне гордились, что работают именно на них.
Постоянной прислугой в доме были Энтони и домработница Лора. Они жили в доме и знали все, что происходит в их стенах. Ну, или почти все. Элизабет знала, что Лоре можно доверять, она не станет разносить слухи и сплетни. В верности Энтони она тоже не сомневалась. Лиз даже понимала то, что молодому дворецкому не нравятся костюмы, и он бы с радостью ходил в потертых джинсах и майке, но все должны соблюдать присущие высшему классу традиции.
У них есть и деньги, и статус, и свобода. Но не абсолютная свобода, они подчиняются законам высшего общества. Как ни крути, так надо.
