— Пока нет. Но уже скоро будем ложиться, — ответил Стас и положил свою голову на подушку, — Иди ко мне, — поманил он, вытягивая руки перед собой. Я с радостью упала в его объятия, и мы легли в кровать, укутавшись в тёплое одеялко, — Тебе удобно? — спросил Стас, с трепетом гладя меня по волосам. Я закивала и положила одну руку ему под голову, дабы ещё больше приблизить его к себе, — Спокойной ночи, Лисёнок.
— Спокойной, милый, — полушепотом ответила я и устало зевнула. Весь этот день оказался самым насыщенным за последние пять лет, и я со счастливой улыбкой уснула.
Ближе к полуночи около особняка Стаса остановилась машина такси, из которой важной походкой вышла Марина Дмитриевна. Она вошла в дом и в пороге отряхнула свои сапоги.
— Сыночек, ты дома!? — с порога крикнула Марина Дмитриевна, — Дорогой, почему же ты меня не встретил в аэропорту!? Мне пришлось вызвать такси!
Не получив на свои слова ответа, Марина Дмитриевна умолкла и стала подниматься по ступенькам на верхний этаж.
— Стас, ты здесь!? — громко кричала она, оглядывая пустой коридор. Её вопрос снова остался без ответа, и женщина быстрыми движениями зашагала в сторону приоткрытой двери в спальню. Заметив спящего сына, на груди которого лежала девушка, она притихла.
Услышав какие-то звуки, я открыла глаза и сонно огляделась. Как же изменилось моё лицо, когда я сквозь тусклый свет уличного фонаря встретилась глазами с Мариной Дмитриевной.
— Ты!? — испуганно выкрикнула женщина, поняв, что в кровати её сына лежит её бывшая несостоявшаяся невестка.
На крики матери проснулся и Стас.
— Мама!? — он подскочил с постели, поглядывая сначала на мать, а потом и на меня, — Почему ты здесь? Ты же говорила, что останешься в гостинице?
— Почему это я должна ехать в гостиницу, когда у родного сына есть целый дом? — возмущённо поджав нижнюю губу, хмыкнула Марина Дмитриевна. Я слезла со Стаса и прикрыла голую грудь одеялом.
— Мама, ты не вовремя, — указывая на меня и на то, что мы оба не одеты, намекнул Стас.
— Я уже это поняла, — процедила женщина, но уходить всё равно не собиралась, — Почему здесь эта девица!?
— Мама, напомню, что Алиса — моя девушка, — придерживая край одеяла, сказал Стас.
— Напомню тебе, мой дорогой, что Алиса тебя бросила пять лет назад, — с гневом глядя на меня, ответила Марина Дмитриевна.
— Мама, мы помирились.
— Никаких «помирились»! — подняв указательный палец вверх, сердито выпалила женщина, — А ну марш отсюда! И чтобы я вас вместе больше не видела!
— Мама, я не маленький мальчик, — возразил Стас, — И Алиса никуда не уйдёт. Мы взрослые люди и в состоянии самостоятельно решать, что делать.
— Взрослые люди, да!? Я напомню, что, как ты говоришь, «взрослые люди» пять лет назад заключили фиктивную помолвку и несколько месяцев играли в жениха и невесту!
Мы со Стасом переглянулись, и он обнял меня за плечи.
— Это было пять лет назад. Мы поговорили и решили начать всё сначала, — сказал Стас, взглянув мне в лицо.
— Я категорически против! — выкрикнула Марина Дмитриевна, и Стас тяжело вздохнул, — Не вздыхай мне тут! Не вздыхай! Ничем хорошим ваши эти, так называемые, отношения не кончились! Одна из-за своей ревности загубила мне внука, а второй…
Я возмущённо открыла рот, готовясь дать отпор обидчице за такие громкие высказывания в свой адрес, но Стас успел положить ладонь на губы, прерывая приступ агрессии.
— Милая, подожди, — нежно попросил он, видя, что обстановка между мной и его матерью накаляется, — Мама, ты ничего не знаешь! — прошипел Стас, поднимая глаза на мать, — Не смей обвинять во всём Алису!
— А кого же мне обвинять в смерти моего внука!?
— Меня, мама, меня! — крикнул Стас, и я изумлённо захлопала глазами, видя, что любимый человек защищает меня перед собственной матерью.
«Стас вступился за меня. Он готов взять всё на себя. Хоть вина Стаса действительно велика, но отчасти Марина Дмитриевна права. Из-за своей ревности я и вправду погубила невинное дитя»— от тяжёлых воспоминаний на мои глаза навернулись слёзы. Заметив это, Стас ещё крепче обнял меня и сердито посмотрел на мать.
— Мама, не смей лезть в наши с Алисой отношения! Не смей!
От таких громких слов в свой адрес Марина Дмитриевна изумлённо приоткрыла рот.
— Не лезть, значит!? — переспросила она, уже краснея от злости.
— Да, мама! Не лезь! — повторил Стас, исподлобья глядя в сторону дверного проема, где стояла Марина Дмитриевна, — Это наши отношения! Наше дело!
— Хорошо… — сквозь зубы процедила Марина Дмитриевна, — Сейчас я поеду переночую в гостинице, но завтра… — она подняла указательный палец вверх, — Завтра мы обязательно продолжим наш разговор! Сын, я этого так не оставлю!
Развернувшись на пятках, Марина Дмитриевна покинула спальню, и послышалось громкое цоканье её каблуков. Стас облегчённо выдохнул и посмотрел на меня.
— Прости её, — виновато сказал он, — Она…
— Да знаю я, Стас, что она ненавидит меня, — перебила я, с тяжестью вздыхая, — Сейчас она терпеть не может моё присутствие. Если раньше она более менее могла терпеть меня, то теперь… Теперь я для неё предательница, которая бросила её сына и убила внука.
