Где-то в соседней комнате послышался хлопок, но мы оба не придали этому значения, настолько сильно были увлечены процессом. Моя одежда уже валялась на полу, и я сидела на Стасе в одних только трусиках, когда его штаны были расстёгнуты, но ещё не сняты. Я горячо целовала его губы, обнимая за шею, а руки Стаса поглаживали мою спину и ягодицы.
Послышались шаги, и только когда они приблизились к кухне, мы со Стасом наконец прервались и повернули головы. В дверном проёме кухни стояла тётя Оля. Её глаза были широко распахнуты от увиденной картины, а из рук выпали сумки.
— Тётя!? — сорвалось с моих губ, и я открыла рот от шока.
Тётя Оля закрыла свои глаза руками и быстро отвернулась, краснея от нелепости данной ситуации. Мы со Стасом ошарашенно переглянулись, резко вскочили и начали одеваться. Я впопыхах на голое тело накинула свою блузку, надела юбку и села за стол. Стас расположился рядом и взял меня за руку, успокаивая.
Тётя обернулась и осуждающе посмотрела на нас, а прежде всего на меня. Я опустила голову и прикрыла веки, сгорая от стыда перед тётей.
«Как же она не вовремя появилась. Да и откуда мне было знать, что она без всякого предупреждения решит приехать в Питер? Хотя… То её „Жди меня…” Так вот, о чём говорила тётя».
— Мы, конечно, встретились не при самых лучших обстоятельствах, — начала тётя Оля и села за стол напротив нас со Стасом, — Я помешала вам…
— Нет-нет, тётя, всё в порядке, — суетливым голосом ответила я, — Мы очень рады тебя видеть.
— Я вижу, — хмыкнула она, поглядывая на Стаса, — Всё-таки мне стоило сообщить тебе о своём визите.
— Почему ты приехала? Да ещё и так неожиданно.
— Хотела повидать свою любимую племянницу. Что, нельзя?
— Нет-нет, — мотнула головой я, — Я всегда рада тебя видеть.
Тётя натянула улыбку и закивала, разглядывая наши со Стасом взволнованные лица. Его рука крепко-крепко сжимала мою руку, а глаза следили за моими.
— И почему ты здесь, Станислав? — прервала неловкую паузу между нами тётя Оля, — Снова хочешь испортить жизнь моей племяннице?
— Вовсе нет, — не раздумывая, ответил Стас, — У меня всегда были самые серьезные намерения. Я хочу на Алисе жениться. А вернее, я женюсь на ней.
Уверенный тон Стаса потряс тётю, и она удивлённо вскинула брови.
— А что, если я против?
— Тётя… — попыталась возразить я, но тётя Оля подняла свою руку, принуждая меня не лезть в их со Стасом диалог.
— Почему вы против? — спросил Стас, — Я прошу руки вашей племянницы. А вернее, я её требую.
— Ничего себе! — ахнула тётя, с усмешкой качая головой, — Какой ты требовательный! И зачем же тебе рука Алисы? Что, своя уже устала?
Стас изумлённо посмотрел на тётю, а потом и на меня. Я тоже пребывала в шоке от тётиных резких и достаточно грубых слов в адрес Стаса.
— Вы о чём? — уточнил мужчина, всё ещё рассчитывая на то, что не так понял мою тётю.
— А я о том, что ты, мой дорогой, не умеешь обращаться с девушками, — указывая пальцем Стасу прямо в лицо, произнесла тётя, — Сколько слёз Алиса из-за тебя пролила? Сколько бед ты ей принёс? То есть ты думаешь, что после всего, что ты натворил, я отдам тебе свою любимую и единственную племянницу? Да никогда!
Стас опустил глаза и прикусил свою нижнюю губу. Мне даже показалось, что он растерялся и уже не знал, что сказать в своё оправдание.
— Мы будем счастливы, — уверенным голосом сказал Стас и переплел наши пальцы, после чего поднял руки вверх, — Может нам и не удалось сделать этого 5 лет назад. Но сейчас точно удастся.
— И почему же я должна тебе верить? — с ухмылкой спросила тётя, — Ты для меня уже не человек слова. А скорее пустослов, который когда-то давно, ещё при царе Горохе, обещал не обижать мою племянницу.
Стас сделал глубокий вдох и печально посмотрел на меня, а потом предпринял ещё одну попытку убедить мою тётю в серьезности своих намерений.
— Почему вы так говорите? Я ведь люблю Алису…
— Ой! Это ваше люблю! — отмахнулась тётя, не желая даже дослушивать Стаса, — Пустое место! Нужно доказывать поступками, а не словами!
Я обхватила руку Стаса своими ладонями и серьезно посмотрела на тётю.
— Почему ты не хочешь выслушать Стаса?
— Алиса, не вмешивайся в…
— Нет уж я вмешаюсь! — перебила тётю я, — Почему ты не даёшь Стасу шанса объясниться!? Даже Марина Дмитриевна, которая меня, мягко говоря, недолюбливает, дала согласие на нашу свадьбу! Почему же ты не желаешь мне счастья!?
— Как это не желаю!? — всплеснула руками она, — Я, наоборот, хочу для тебя только самого лучшего!
— И поэтому запрещаешь мне быть с любимым человеком? — я подняла глаза на Стаса и встретилась с его мрачным взглядом.
Тётя глубоко вздохнула и оглядела кухню. На плите по-прежнему варился мой борщ, а рядом со столом валялась водолазка Стаса и мой бюстгальтер, который я впопыхах не успела надеть.
