— Не всёкай мне тут! — Марина Дмитриевна погрозила сыну указательным пальцем, — Твоё дело сейчас отдыхать и набираться сил! Вот этим и займись! А мы с Алисой сделаем всё, чтобы ты поскорее поправился. Да, Алиса?
— Конечно, — ответила я, — Мы завтра с самого утра заедем. Если что-то нужно привезти, ты говори.
— Ничего не нужно, — хмуро пробормотал Стас, — Меня лучше заберите. Дома лучше, чем в этих четырех стенах.
— Ну всё-всё, не ворчи, — улыбнулась я, — Очень скоро ты уже снова будешь дома.
Мы с Мариной Дмитриевной переглянулись, и она поднялась с больничной койки.
— Спокойной ночи, сынок. Выздоравливай, — на прощание сказала она.
— Поправляйся, Стасик, — я одарила Стаса нежной улыбкой, и мы с его мамой покинули палату, захлопнув дверь.
— Пойдём я довезу тебя до дома, — сказала Марина Дмитриевна.
— Спасибо, — я села в белый Citroen, а Марина Дмитриевна расположилась на водительском кресле, — Вы водите машину?
— Да. Несколько лет назад сдала на права. А то раньше ужас, как боялась садиться за руль.
— Понятно, — кивнула я и отвернулась к окну. Дальше мы ехали молча, разве что Марина Дмитриевна спросила адрес, до которого нужно меня довезти.
Уже через двадцать минут мы приехали, и я, простившись с будущей свекровью, пошла домой. С порога меня встретила тётя Оля.
— Я думала ты останешься у Стаса, — указывая на столь позднее время, сказала она.
— Стас в больнице, — кратко ответила я и наклонилась, чтобы разуться.
— В больнице? А что случилось?
— Его избили во дворе моего дома.
Тётя от шока открыла рот и охнула.
— Какой кошмар… И когда это произошло? Только ведь с утра видела его бодрым и здоровым.
— Где-то два часа назад. Стас как раз шёл ко мне домой. И тут такое… У него ещё больная нога… А теперь вообще не представляю, как он будет ходить…
— Что, всё настолько серьёзно? — с беспокойством спросила тётя.
— Конечно, серьёзно. Бедный мой Стас сейчас лежит весь в синяках. На нём живого места нет.
Тётя вздохнула и покачала головой.
— Ужас… За что ж его так?
— Больные на голову… — произнесла я и поставила свои ботинки в шкаф.
— Ладно. Сейчас позвоню Марине Дмитриевне. Поговорю с ней, — беря телефон в руку, сказала тётя. Я кратко кивнула и ушла в свою комнату.
Прошло несколько дней. Стаса выписали из больницы, и я вместе с ним поехала в его особняк.
«Мужчине нужен постоянный уход, чтобы он быстрее поправился»— сказал врач, подписывая выписку.
— Милый, тебе что-то принести? — спросила я, подходя к постели Стаса. Он покачал головой.
— Лучше полежи со мной, — Стас похлопал ладонью по кровати, и я села рядом с ним.
— Всё в порядке? Ничего не болит? — я поправила край одеяла и взяла Стаса за руку. Он приблизил мою ладонь к своим губам и нежно поцеловал.
— Всё просто чудесно, — с лёгкой улыбкой ответил Стас, счастливо глядя на меня, — Только никуда не уходи.
— Ну как же я могу уйти? Мне врач поручил следить за тобой и не отходить ни на шаг до тех пор, пока ты не встанешь на ноги.
— Боюсь, это случится нескоро, — вздохнул Стас.
— Ты чего? — видя его огорчённое лицо, я уже и сама расстроилась, — Пару дней и ты сам встанешь на ноги. Нужно только немного подождать. Врач же сказал, что у тебя нет никаких переломов. Нога почти в порядке.
— Ключевое слово «почти», — Стас закрыл глаза и забрал свою руку из моей, — Раньше я ходил с палкой, а теперь и вовсе не буду.
Я со вздохом закатила глаза.
— Ну что за настрой? С чего ты взял, что больше не будешь ходить?
— А вот с того, — себе под нос буркнул Стас и краем глаза посмотрел на меня.
— Ну я же мажу твою ногу специальной мазью. Вскоре всё пройдёт. Ты же сам говорил, что нога больше не болит.
— Не болит, — подтвердил Стас.
— Ну вот, — улыбнулась я, — Как почувствуешь себя лучше, так сразу встанешь на ноги. Всё будет хорошо. Не смей унывать. Ты же сильный, я знаю.
— Угу. Настолько сильный, что меня избили два мужика, — хмуро произнёс Стас и сбросил с себя одеяло, — Вот нахрен тебе такой нужен?
Я положила обе руки на свои колени и поджала губы.
— Как мне надоело твоё нытьё… — не выдержала я, — Целыми днями ты только и делаешь, что ноешь. Вот скажи, я тебя бросила? Я оставила тебя хоть на минуту одного? Я сказала, что больше не хочу с тобой возиться? Нет! Я, наоборот, всё время с тобой вожусь. А что я получаю взамен? Твоё нытьё! Может хватит, а!?
Видя моё разъяренное лицо, Стас вздохнул и отвернулся к стене.
— Ты права, — уставшим шёпотом произнёс он, подкладывая руку под подушку, — Я ничтожество и нытик. Нечего тебе возиться с таким, как я.
— О, боже… — стиснув зубы, протянула я, — Ты снова ничего не понял… — я вскочила с кровати и одним резким движением смахнула со стоящей рядом тумбы какую-то папку. Всё её содержимое рассыпалось по полу, а я окинула Стаса испепеляющим взглядом, — Я же не сказала, что не хочу быть рядом с тобой! Я сказала, что мне надоело, что ты ведёшь себя, как ребёнок! Возьми уже наконец себя в руки и веди себя, как мужчина! Со всеми может случится подобное! И что теперь всем ныть, лёжа на кровати!?
