— Алиса, примерьте, — с этими словами он протянул мне платье, — Станислав Владимирович…
Забрав из рук мужчины смокинг, Стас бросил его на идеально застеленную кровать.
— Можешь идти. Мы тебя позже позовём, — произнёс Стас, кивая в сторону двери, после чего мужчина поспешно удалился, — Меряй платье.
Я непонятливо посмотрела на него, ожидая каких-либо действий.
— Тебя ничего не смущает?
Стас приподнял одну бровь и наклонил голову вбок.
— Нет… А должно?
Я тяжело вздохнула и выкрикнула ему в лицо:
— Выйди! Тогда переоденусь!
На лице Стаса появилась акулья ухмылка.
— Чего я там не видел? — хмыкнул он, окидывая меня довольным взглядом.
— Вот и вспоминай по памяти! — вырвалось у меня, и Стас после этих слов в одних трусах вышел из комнаты.
— У тебя минута, — произнёс он, хлопая дверью.
Эти слова прозвучали крайне серьезно, поэтому я, не желая тратить время, скинула с себя всю одежду и поднесла к груди принесённое алое платье. Со стороны оно смотрелось ну очень откровенно и вульгарно.
«Может, если я его надену, то всё будет иначе?»— с надеждой думала я, надевая платье на голое тело.
Спустя ровно минуту в комнату вошёл Стас. Он на мгновение замер, видя меня, стоящую напротив зеркала в обтягивающем платье в пол с разрезами к тазовым костям с обеих сторон. Острые плечи и рукава с разрезами к ним.
— Не слишком ли откровенно? — вслух спросила я, касаясь своих плеч руками.
— По-моему, великолепно, — со сбившимся дыханием произнёс Стас, делая шаг в мою сторону, — Это красное платье отлично подойдёт к твоим засосам на шее.
Я резко обернулась и нахмурила свой лоб.
— У меня нет никаких засосов на шее, — возмущенным голосом сказала я.
— Значит появятся, — произнёс Стас, и на его лице снова появилась та хищная ухмылка, от которой мурашки по коже.
— Лучше помолчи… — сокрушённо вздохнула я, снова поворачиваясь к зеркалу.
— На тебе нет никакого белья… — облизывая свои губы, Стас вплотную подошёл ко мне со спины, так что стало ужасно жарко, — Ни лифчика… — он сделал длинную паузу, водя глазами по вырезу на моём декольте, — Ни…
Я не дала ему договорить, резко заткнув рот ладонью.
— Соблюдай хоть какие-то личные границы… — шёпотом попросила, с мольбой глядя ему в глаза, — А то частенько перегибаешь палку.
Стас сам убрал мою ладонь со своих губ и ухмыльнулся.
— Пойдём. Нас уже ждут за столом.
Я с удивлением посмотрела сначала на него, а потом на смокинг, лежавший на постели.
— В ты собираешься вот так вот идти?
— Да. В одних трусах, — закивал мужчина, беря в руки белую рубашку. Застегнув её на все пуговицы, он приступил к брюкам, а после повязал на шею галстук в цвет моего платья.
Я с замиранием сердца смотрела на весь этот процесс. То, как ловко его пальцы справляются с пуговицами на рубашке, а потом его сильные, с выпирающими венами руки надевают на плечи пиджак. У меня аж в горле пересохло от переизбытка нахлынувших эмоций. Мне даже не секунду захотелось прикоснуться к его таким мощным рукам, которые ещё совсем недавно держали меня в бассейне.
Вернуть меня в реальность смогли несколько щелчков от Стаса.
— Ты чего застыла? — он с непонимающим лицом смотрел на рассеянную меня, щёлкая пальцами.
— Всё в порядке, — закивала головой я, наконец придя в себя, — Идём.
Стоило нам только ступить на ступеньки, как сверху послышались оживленные голоса, будто там не три человека, а все десять.
— Что там происходит? — посмотрела я на Стаса, но тот ничего не ответил, только взял меня под руку.
Мы переступили порог гостиной и оказались объектом для всеобщего внимания. Это были какие-то неизвестные мне люди, которые, увидев нас со Стасом, сразу же подбежали с вопросами, суя микрофоны к моему лицу и лицу Стаса. Другие же, не теряя времени, делали снимки, кружа вокруг интересующих их объектов.
От всей этой суеты у меня закружилась голова.
«Неужели у богачей все праздники так проходят? Не в кругу семьи, а в компании каких-то левых людей с камерами»— обречённо вздыхала я, стараясь не показывать своего беспокойства. Стас же относился ко всему этому крайне сдержанно и кратко отвечал на все вопросы, кивая головой.
— Алиса, а вы уже называете свою будущую свекровь «мамой»? — поднеся к моим губам микрофон, спросила журналистка. От этого вопроса я впала в ступор.
«Ни за что бы не могла подумать, что мне будут задавать ТАКИЕ вопросы»— я ошарашенно хлопала глазами, думая над ответом.
— Конечно, называет! — вместо меня отреагировала Марина Дмитриевна, — Мы с Алисочкой уже, как мать и дочь!
С широкой улыбкой она приобняла меня за плечи, и мне пришлось счастливо улыбнуться, отвечая на ласку «свекрови».
— Станислав, а когда вы планируете свадьбу? — теперь микрофон у лица Стаса, и вот он уже практически не может сдерживать свою растерянность, — Куда поедете отдыхать со своей возлюбленной в медовый месяц?
— Очень скоро… — сухо ответил Стас, сглотнув, — Скорее всего мы проведем медовый месяц за границей.
Я подтвердила его слова коротким кивком.
