— Да… Спасибо… Вы меня спасли, — на ватных ногах я подошла к зеркалу и посмотрела на своё измученное лицо. Тушь потекла от слёз, а помада размазалась.
Несколько мужчин в форме вывели Сашу из туалета и повели в неизвестном мне направлении.
— Кто он? — мрачно спросил Станислав Владимирович, глядя на моё отражение в зеркале.
— Это… Это мой давний знакомый, — заикаясь, прошептала я.
Его ладонь опустилась на моё оголенное плечо и стала нежно поглаживать его.
— Твоё платье теперь никуда не годится, — он снял с себя пиджак и протянул мне, — Тебе помогут добраться до номера. Я приеду позже.
Я кратко кивнула и в сопровождении двух мужчин вышла из особняка. Вернувшись в номер, я сразу же направилась в душ, желая смыть с себя всю грязь сегодняшнего вечера. Горячие струйки воды обжигали мою грудь и приятно щекотали лицо. Я запрокинула голову назад и закрыла глаза.
«Почему Саша так отреагировал? Это уже не тот человек, которого я когда-то полюбила. Он стал такой грубый и холодный. Чуть не изнасиловал меня. Если бы не Станислав Владимирович… Он меня спас. Значит, я ему небезразлична».
Я смыла размазавшуюся косметику с лица и вышла из душевой кабины. Когда я коснулась ногой холодной плитки, то по спине пробежали мурашки. Из зеркала на меня смотрела уставшая и изнуренная девица, по щекам которой ручьём текли слёзы. Воспоминания о событиях четырехлетней давности накрыли меня с головой. В тот год, когда я потеряла сразу обоих родителей, я потеряла и любимого человека. Саша изменил мне, а теперь ещё и спрашивает, почему я ушла от него. Как только мне исполнилось 18, я уехала в Москву учиться, и с тех пор живу у тёти Оли — маминой сестры. Сашка ещё несколько месяцев звонил мне, писал, а потом перестал.
Выйдя из ванной, я упала на постель и с головой укрылась одеялом.
«М-да… Отдых в Сочи начался не самым лучшим образом. Да и сегодняшний вечер прошёл для слишком быстро».
В своих раздумьях я не заметила, как уснула.
Прошло несколько часов. Дверь в мой номер бесшумно открылась, и порог переступил Станислав Владимирович. Он сел на край моей кровати и пьяно посмотрел на спящую меня. Его рука опустилась на выглядывающее из-под одеяла плечо, и он с осторожностью коснулся его, водя большим пальцем.
— Я не позволю никому тебя касаться… Убью всех, кто тронет тебя хоть пальцем… Ты только моя… — шептал он над моим ухом. Он ещё что-то пьяно пробубнил, после чего накрыл меня одеялом, поправил подушку и удалился.
После ухода Станислава Владимировича я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Я слышала каждое его слово, отчего на душе было очень неспокойно. Его голос звучал устрашающе, а от его холодных рук по всему телу бегали мурашки. Слова этого мужчины эхом пронеслись в моей голове, вызвав лёгкую дрожь.
На следующий день я проснулась только к обеду. На моём столике уже стол поднос с едой. Отобедав, я принялась умываться и одеваться, ведь Станислав Владимирович непременно скомандует сходить с ним куда-нибудь.
«Не будем же мы весь день сидеть в номерах…»
Стук. Я обернулась на звук открывающейся двери. На пороге стоял никто иной, как Станислав Владимирович собственной персоной. На нём были светлые джинсы и белая футболка. Ни рубашки, ни делового смокинга. Я даже не сразу узнала его. Совершенно другой человек. Да ещё и волосы встрепаны. Вероятно, он помыл их перед самым выходом и не успел до конца высушить.
— У вас есть дубликат ключа от моего номера? — спросила я, всё ещё разглядывая его тело через обтягивающую футболку.
— Разумеется, — мужчина покрутил на пальце связку ключей, — У меня есть всё, что касается моих работников.
— А почему вы пришли? Что-то случилось? — я хотела подойти к двери, но крепкая рука остановила меня. Станислав Владимирович взял меня за запястье и поднял его вверх.
— Это он тебя так? — мужчина указал на красноватый след на моём запястье. Я кивнула, с неохотой вспоминая вчерашние события, — Вот козёл! — выругался Гордеев и развернул меня лицом к себе, — Кто он тебе? И при каких обстоятельствах вы знакомы?
Его голос звучал дерзко и настойчиво, словно я обязана ему повиноваться.
— Мой бывший парень из Санкт-Петербурга. Я там жила с родителями, — металлическим голосом ответила я.
— Какого чёрта этот бывший к тебе приставал? Что за намерения были у него?
— Ну, наверное, те же, что и у маньяков-насильников — порочить, — я невозмутимо пожала плечами и попыталась высвободить свою руку, но хватка Станислава Владимировича стала ещё сильнее.
— Ясно… — его холодный взгляд пробирал до костей, а рука не спешила отпускать мою.
Он схватил меня за подбородок, заставив смотреть в глаза. Такие бездонные… Они доводили до мурашек…
Я испуганно сглотнула, боясь даже пошевелиться в его мощных и руках, под властью пустого, но такого задумчивого взгляда. Его палец опустился на мою нижнюю губу, и Станислав Владимирович стал медленно водить по ней, оттягивая назад. Он опустил руку чуть ниже и сжал мою хрупкую шею, притягивая моё лицо к своему.
— Что вы делаете? — осмелилась спросить я, отлично понимая, что сейчас будет.
