— Не сомневайся. Наш сын будет самым красивым и умным, — с широкой улыбкой ответила я и добавила: — Как Стас…
— В таком случае мы с ним настрадаемся! — воскликнула тётя, закатив глаза.
Я приоткрыла рот, чтобы что-то возразить, но в соседней комнате зазвонил телефон. Тётя побежала туда и ближайший час провела в гостиной на диване, болтая по телефону.
Наутро я проснулась в приподнятом настроении, потянулась и взглянула на часы.
«Уже через два часа мы со Стасом будем вместе. Его выпишут из больницы, и мы наконец поедем домой. Как же долго я ждала этого дня…»
В горле я чувствовала очередной приступ тошноты, головная боль снова дала о себе знать. Но мысли о предстоящей встрече туманили всю боль, заставляя улыбаться от снова и снова.
— Лиса, я ушла на работу! — крикнула тётя, слыша, что я уже проснулась.
— Пока! — громко ответила я, вскакивая с постели. Я распахнула свой шкаф, заглядывая вовнутрь, — Таа-к…
Мой утренний настрой подсказал мне надеть однотонную юбку-трапецию, которая изящно легла на мои пышные бёдра, и светлую вязанную кофту. На мою спину упали волосы, одну прядь которых я аккуратно заложила за ухо.
— Готово! — вслух произнесла я, подводя ресницы тушью.
Машина такси уже стояла у моего дома, поэтому я поспешила поскорее выйти на улицу. Я выскочила из дома, и ветер тут же ударил мне в лицо, заставив вернуться обратно. Обмотав вокруг своей шеи шарф, я накинула на голову капюшон, снова выбегая навстречу ветру. Снег лежал уже больше недели, и огромные сугробы с трудом позволяли мне покинуть двор и открыть калитку.
«Поскорей бы уже закончилась эта холодная зима»— думала я, садясь в автомобиль такси. Я назвала водителю адрес больницы, и машина сдвинулась с места.
Мороз пробирал до костей даже в салоне автомобиля, поэтому мне пришлось начать потирать ладонь о ладонь, в попытках согреться.
— Печка не работает, — сказал таксист, видя, как я дрожу на соседнем сидении.
— Ясно, — я сунула обе руки в карманы, а носом уткнулась в свой меховой шарф.
Поездка длилась от силы минут двадцать, но в холодной машине это ощущалось, как целая вечность. Поэтому фраза водителя: «Приехали!» прозвучала для меня, как спасение. Быстро расплатившись, я выскочила из транспорта и побежала ко входу в больницу.
Когда я подошла к больничной палате, Стас уже стоял там собранный и готовый к выписке. Я приоткрыла дверь и заулыбалась, встретившись глазами со Стасом.
— Привет, — я встала на цыпочки, обнимая его за шею.
— Привет, — ответил Стас.
— Ты не представляешь, какой на улице холод, — начала жаловаться я, — Просто бр-р-р…
— Так может стоило надеть штаны? — возразил Стас, указывая на край моей юбки, торчащий из-под куртки, — А то отморозишь себе ещё всё.
— На мне теплые колготки, — я покачала указательным пальцем перед его лицом.
— Неважно. Зимой девушке, тем более беременной, нужно тепло одеваться.
— Как скажешь, — я положила свою ладонь на его бороду, — Мой бородатый мужчина…
— Ты же сказала, что тебе нравится, — щурясь, напомнил Стас.
— Сказала. Но вот с волосами уж точно нужно что-нибудь сделать, — я запустила свои пальцы в густые волосы Стаса, которые доставали аж до носа, — Если не захочешь обрезать, то придётся укладывать.
— Не-не-не, — покачал головой Стас, а его волосы начали смешно болтаться из стороны в сторону, — Сделаю, как было. Мне эта шевелюра не к чему.
— Как хочешь, — беря Стаса за его широкие плечи, улыбнулась я, — Ты так исхудал… Одни кожа да кости остались… Мне непременно нужно откормить тебя обратно.
— Я не против. А то питание в больнице оставляет желать лучшего.
— Тогда поедем домой?
— Да. А то мне здесь ужас, как надоело, — словно маленький ребенок, Стас обиженно надул губы, — Ты, кстати, забрала мой телефон?
— И все остальные вещи. Можем ехать. Такси ждёт.
Стас укутался в теплые зимние вещи, и мы с ним вместе вышли из больницы, откуда машина такси довезла нас прямо к дому Стаса.
— Наконец-то! — воскликнул Стас, стоило ему только переступить порог.
— Настолько соскучился по родному дому? — усмехнулась я, снимая куртку.
— Очень! — Стас быстро скинул с себя верхнюю одежду и побежал на кухню. Мне стало любопытно, что его побудило с таким рвением спешить к себе домой, ведь в больнице были не такие уж и плохие условия. Тем более для богатого бизнесмена была ВИП-палата.
Но когда я зашла на кухню, то всё поняла. Стас стоял перед открытым холодильником, за обе щеки уплетая палку колбасы и закусывая её консервированным огурцом. У меня аж глаза на лоб полезли от такого зрелища.
— Так ты соскучился по холодильнику? — с квадратными глазами спросила я. С набитым ртом Стас пробубнил что-то неразборчивое, кивая, — И кто из нас теперь беременный? Боюсь, что по самым странным сочетаниям — это ты.
Стас поднял на меня глаза, пожимая плечами.
— Но даже я не пью молоко с огурцом, — с усмешкой сказала я, разглядывая очень необычный перекус Стаса.
— Я задолбался есть кашу, сваренную на воде, и чай без сахара, — пожаловался Стас, закрывая холодильник, — Наконец-то я могу нормально поесть.
— Ну у тебя была такая диета. Ты только после болезни. Тебе нельзя тяжёлую пищу.
