— Я веду к тому, что у нас с ней действительно был секс. И я от тебя это не скрывал. Ты спросила — я честно ответил, что да. Мы с ней спали.
— Ну раз ты честно признался, то это в корне меняет дело, — с иронией протянула я.
— Дослушай, — Стас негромко хлопнул ладонью по мраморной поверхности стола, и я вздрогнула от его резкости, — Тебя, вероятно, волнует вопрос: «Так почему же в тот день Лиза объявила меня отцом своего ребенка?»
Я медленно кивнула головой, ожидая от Стаса ответа на поставленный вопрос.
— Проблема в том, что у Лизы немного неладно с математикой, — произнёс Стас. Я наклонила голову вбок, не понимая связи школьного предмета и интимной связи Стаса и Лизы, — Лиза не рассчитала, что у нас с ней был секс несколько месяцев назад, а о своей беременности она мне сообщила только на маленьком сроке. То есть, чисто математически я никак не мог быть отцом её ребенка.
— То есть ты хочешь сказать, что Лиза просто хотела нас рассорить и поэтому объявила тебя отцом своего ребенка?
— Именно так. Она, словно всё рассчитала. Всё так удачно для неё сложилось. Ты посчитала меня лгуном и изменником, от волнения потеряла ребенка и всё — её коварный план выполнен!
— Это всё очень интересно, Гордеев, — опираясь руками о стол, произнесла я, — Но к чему Лизе строить свои козни, зная, что вы спали до начала наших отношений? Не глупо ли?
— Вот именно, что она не знала, когда конкретно они начались, и вертела моей, как она тогда думала, изменой, как хотела.
— Помню, когда ты лежал в больнице, приходила Лиза, типа навестить тебя. Вы ещё громко ругались… — задумчиво сказала я, — Так вы из-за этого спорили? Она пыталась шантажировать тебя?
— Именно так, — кивнул Стас, — Она ещё тогда строила свои козни, чтобы нас разлучить.
— Ну и у неё это вышло, — опустив голову, вздохнула я, — Не тогда, так спустя девять месяцев…
— Лиса… — Стас вытянул свою руку и коснулся моей.
— Нет! — я резко одёрнула свою руку, качая головой, — Не делай этого!
Мой голос звучал твёрдо и настойчиво, и Стас опустил голову, запуская пальцы в свои густые каштановые волосы.
— Стас, ты пойми… — немного смягчилась я, и он посмотрел мне в глаза. Так печально и беззащитно, что я еле сдерживала себя, чтобы не броситься обнимать и утешать его, — Ты моё прошлое… Прошлое, которое не должно соприкасаться с настоящим и будущим… У меня есть жених, а ты так и останешься моим бывшим, которого я когда-то безумно любила…
— Ты меня больше не любишь? — израненным голосом спросил Стас, и моё сердце сжалось от боли.
Лучше бы я в тот момент не смотрела в его глаза. Лучше бы потеряла зрение, чем снова ощутила на себе этот взгляд. Он смотрел на меня, как прежде. Я по глазам видела, а они не лгали. Стас определённо всё ещё не равнодушен ко мне.
— Стас, за всё то время, что мы с тобой были вместе я тебе сотню раз говорила о своей безграничной любви… А что делал ты? Ты ни разу не сказал мне о своих чувствах… И даже, когда я напрямую спросила тебя, ты отвертелся и не дал мне точного ответа… Вот скажи мне, что так сложно рассказать о своих чувствах близкому человеку?
Стас прикрыл веки и медленно закивал головой.
— Очень сложно… Алиса, ты даже не представляешь, насколько мне сложно сказать о своих чувствах… — признался он.
— Стас, наши отношения были ошибкой… — с тяжестью на сердце сказала я и тут же отвернулась, боясь снова утонуть в его бездонных глазах.
— Это была самая лучшая ошибка за всю мою жизнь, — пустым голосом произнёс Стас, когда его глаза говорили сами за себя даже без слов.
— Замолчи! — выкрикнула я, выдавив это последнее слово из глубины себя и, резко вскочив из-за стола, побежала к выходу из кафе, не желая показывать Стасу свои слёзы, которые уже подступили к моим глазам. В пороге меня остановила мужская рука. Я не обернулась, ведь и так прекрасно понимала, кто её владелец. Стас оставил свою трость в кафе и, хромая, догнал меня.
— Лиса, не уходи… — взмолился он, — Ты мне нужна… Все эти годы, что я был вдали от тебя, я гнил… Горел заживо… Я мучался, не зная, где ты и с кем… И вот сейчас я наконец снова встретил тебя и не хочу снова потерять…
Я сглотнула и обернулась. Стас смотрел на меня с мольбой. А по его щекам ручьём, не переставая, текли слёзы. Я тоже зарыдала и наконец кинулась в его объятия, ведь больше не могла себя сдерживать. Мы стояли, как два идиота, в пороге кафе и рыдали на плече друг друга.
— Лиса, я тебя люблю… — еле слышно прошептал Стас, но долгожданные слова всё-таки дошли до моих ушей. Я вдохнула аромат своего мужчины и уткнулась лицом в его плечо, плача от счастья.
— Я тоже тебя люблю… Очень… — сквозь рыдания прошептала я, и руки Стаса ещё крепче прижали меня к себе, словно боясь отпускать даже на секунду. Он изо всех сил обнимал меня, а я придерживала его, ведь Стас стоял передо мной только на одной ноге. Вторая была согнута в колене, из-за чего Стас дрожал, как бедный осиновый листик, — Мой мужчина… Только мой… — шептала я, глотая слёзы, которые рекой текли по моим щекам, а теперь и губам, — Столько лет прошло, а я люблю тебя только сильнее…
