— Тогда я не понимаю, что ты здесь забыла.
— Марина Дмитриевна, я понимаю, что вы не хотите меня видеть, но…
— И правильно, что понимаешь, — перебила она, — Я уже сказала, что ты моему сыну не пара. Поэтому видеть тебя в своём доме я не хочу.
— Мне нужна ваша помощь.
Женщина ухмыльнулась и с презрением посмотрела на меня, скрещивая руки на своей груди.
— С чего это я должна тебе помогать?
— Можно я сяду? — спросила я, жестом указав на качели.
— Ладно.
Усевшись рядом с Мариной Дмитриевной, я посмотрела на неё.
— Сегодня Стас должен был заключить важный договор с Захаровым. Вы ведь знаете его?
Марина Дмитриевна махнула головой, и я продолжила:
— Так в общем, сделка не состоялась.
После моих слов в её глазах появился интерес.
— О чём ты? Что могло пойти не так?
— Я забыла о том, что Дмитрию Петровичу нельзя сахар и добавила в его чай несколько ложек.
— О, Господи! От тебя у моего сына одни проблемы. Где сейчас Дима?
— Вы только не волнуйтесь. Он в больнице.
Марина Дмитриевна схватилась за голову.
— О, боже. И чем я тут могу помочь?
— Дмитрий Петрович теперь не хочет заключать договор со Стасом.
— И я его понимаю… — протянула Марина Дмитриевна, отводя взгляд от меня.
— Вы можете с ним поговорить?
— Нет. Конечно же, нет. С чего бы мне тебе помогать?
Марина Дмитриевна окончательно от меня отвернулась, и я тяжело вздохнула.
— Так помощь нужна не мне, а вашему любимому сыночку. Поговорите с Захаровым ради него.
Закатив глаза, она, словно сделав мне одолжение, цыкнула.
— Так уж и быть. Я поговорю с Димой, — Марина Дмитриевна протянула мне руку. Я вопросительно посмотрела сначала на неё, а потом на её руку, не поняв, что она хочет, — Ох! Всё тебе нужно объяснять. Телефон мне подай, — сказала она, жестом указав на сумочку, которая лежала около меня. Я открыла её и протянула матери Стаса мобильный телефон. Тыкнув на несколько клавиш, она приложила его к своему уху.
— Привет, Дим. Ты как? В больнице? А что случилось? Отравили? А кто? Невеста моего сына? Правда? Не может этого быть! Знаю, какая невеста у моего Стаса. Да-да. Самой она не нравится. Не обращай на неё внимание. Скоро она исчезнет из компании и из жизни моего сына. Да-да. Хорошо, что ты понимаешь, что Стас в этом не виноват. Спасибо большое за понимание. Да-да, — Марина Дмитриевна положила трубку и кратко посмотрела на меня, — Я всё решила. Довольна?
— Дмитрий Петрович подпишет договор со Стасом? — изумилась я такой скорости решения проблемы, и когда Марина Дмитриевна кивнула, облегчённо выдохнула, — Нужно сообщить об этом Стасу.
— Не нужно. Всё решится и без тебя. Всегда решалось и сейчас решится, — сказала она и положила обе руки на свои виски, — Как же у меня от тебя голова болит…
— Позвольте мне вам помочь, — сказала я, вставая позади Марины Дмитриевны.
— И чем же ты мне поможешь? Меня долгие годы мучает мигрень.
— Моя тётя работает в больнице и она научила меня, как справляться с головной болью.
— Твоя тётя врач?
— Медсестра, — сказала я, и Марина Дмитриевна насмешливо ухмыльнулась.
— Медсестра?
— Да. Позволите? — я подняла руки и после позволения Марины Дмитриевны положила их на её шею. Пальцами рук я начала выполнять легкие массажные спиралеобразные движения по шее матери Стаса. После разминки шеи я перешла дальше. Я помассировала её голову таким же образом, как при мытье волос, — Ещё болит?
— Да. Не останавливайся, — блаженно прошептала Марина Дмитриевна, закинув голову назад.
Я плавно перешла к новой области — вискам. Несколько минут я массировала их круговыми движениями, постепенно идя к затылку. В завершении я помассировала мочки её ух в течение двух минут.
— После завершения нельзя резко вставать и сразу заниматься делами, отдохните минут пятнадцать, — посоветовала я, убрав свои руки, — Ещё лаванда и ромашка расслабляют и дарят длительный спокойный сон.
Марина Дмитриевна с благодарностью посмотрела на меня.
— Ну что тут скажешь? Спасибо, — сказала она, что меня сильно удивило.
— Обращайтесь. Если ещё будут мучать головные боли, я вам обязательно помогу, — слабо улыбнулась я и взяла под руку свою сумочку.
— Хорошо. Всего доброго, — Марина Дмитриевна помахала мне рукой на прощание.
— И вам, — я прошлась по саду и остановилась к забора. Дверь распахнулась, и во двор вошёл отец Стаса, — Здравствуйте, Владимир Петрович.
— Алиса? — он с нескрываемым удивлением смотрел на меня, — Здравствуй. А ты чего здесь?
— Зашла с просьбой к Марине Дмитриевне.
— Она тебе помогла?
— Да. Всё в порядке. Извините, я тороплюсь в офис.
— Тебя подвести? — спросил мужчина.
— Нет. Я вызову такси.
— Стас не любит ждать. Я тебя подброшу, — сказал Владимир Петрович. Не смотря мои возражения, он усадил меня в свой автомобиль. Надев очки, он сел за руль, — Как у вас с моим сыном? Он тебя хоть не обижает?
— Всё в порядке.
— О вашей помолвке теперь знают все. Мать была недовольна, а мне кажется, что вы не так уж и плохо смотритесь вместе.
— Спасибо, Владимир Петрович. Хотя бы вы не против нашей помолвки.
— А чего я должен быть против? Раз Стас выбрал тебя, значит на то были свои причины.
— Думаете?
