Я огляделась. Машина остановилась во дворе дома Стаса. Выйдя из транспорта, он сам открыл мне дверь, протянув руку. Сама не знаю почему, но я не стала возражать, спорить с ним, задавать какие-либо вопросы. Я просто молча вложила свою руку в его ладонь и вышла из машины. Дальше мы вошли в дом и стали подниматься наверх по лестнице, по которой я уже не раз поднималась. Я наизусть знала, все комнаты на втором этаже дома Стаса и прекрасно понимала, что он ведёт меня именно в спальню, но ничего не могла с собой поделать. Словно зачарованная, я шла вслед за ним, сжимая крепкую ладонь этого мужчины.
Наконец мы переступили порог спальни, и Стас усадил меня на свою кровать, отпустив руку. Когда он склонился надо мной, я выставила руки перед собой, выпучив испуганные глаза. Стас рассмеялся такой моей реакции, и положив обе мои руки на свои плечи, кратко чмокнул меня в губы.
— Ты меня боишься? — с милой улыбкой спросил он. Я покачала головой, беря его шею руками. Губы Стаса примкнули к моей шее, и я томно закатила глаза, — Я хочу тебя раздеть, — шепнул он мне в губы, заставив всё тело вновь задрожать.
— Ты спрашиваешь моего позволения? — с недоверием спросила я, прогибаясь под его телом. Стас мотнул головой, и я прикрыла веки.
— Я ставлю тебя перед фактом, — вполголоса произнёс Стас, всё так же неприлично близко ко мне. От его шёпота я снова начала краснеть и трястись, и мужчина сунул обе руки под мою толстовку. Из моих губ вырвался резкий стон, и Стас заулыбался.
«Его руки настолько холодные…»— пронеслось у меня в голове.
Я открыла глаза и услышала в свой адрес: «Подними руки». Когда я послушно выполнила его просьбу, то Стас снял с меня толстовку и коснулся губами одной груди в лифчике.
— Ты собираешься заняться со мной любовью? — на выдохе спросила я, хотя всё и так было более, чем очевидно.
— Можно и так сказать, — негромко ответил Стас, щёлкая застёжкой от лифчика. Мои круглые персики вывалились наружу, и губы Стаса вылились в акульей ухмылке.
— А что, если я против? — продолжала я, прекрасно понимая, что моё мнение тут не будет учитываться.
— Твоё тело говорит обратное, — хмыкнул Стас, до боли сжав мой окаменевший сосок. Я зажмурилась и забросила голову назад.
Желание что-то возразить вмиг пропало, когда я обнаружила, что внутренняя часть моих бёдер стала, откровенно говоря, слишком влажной от одних только прикосновений Стаса. Он обхватил мою грудь обеими руками, заставив меня снова простонать.
Я потянулась к его губам, не отнимая взгляда, но остановилась, так и не поцеловав.
— Почему ты смотришь на меня, как будто хочешь съесть? — спросила я, заглядывая в его хитрые глаза.
— Может именно это я и хочу сделать? — Стас поцеловал меня в оголенное плечо, спускаясь руками ниже. Я охнула, когда он начал расстёгивать ремень на моих джинсах. Стоило мне только остаться в одних только трусиках, как Стас стянул и их. Лицо мужчины оказалось напротив моей промежности, и я от смущения попыталась сдвинуть ноги.
— Не смей! — остановил меня Стас, разводя мои бедра в стороны. Его голос звучал грубо и настойчиво, так что у меня и в мыслях не было ослушаться, — Ты моя! Только моя!
— Но по контракту… — хотела возразить я.
— Плевать на контракт! — перебил Стас, — Сейчас я хочу тебя!
От его резкого тона и таких мягких движений я окаменела и уже не смогла что-либо сказать в ответ. Всё моё тело залила сладкая истома, и я поддалась навстречу этому мужчине. Моя рука, касаясь его живота через ткань рубашки, поднялась выше. Медленно, словно раздумывая, я расстегнула несколько пуговиц, оголяя его массивную грудь.
Стас не сдвинулся с места, а просто продолжил терпеливо ждать, пока я трясущимися руками избавлюсь от всех пуговиц на его рубашке, а потом сбросил её на пол. Мои бедра начинают физически дрожать, и я ничего не могу с этим поделать.
— Отстегни ещё одну пуговицу… — тихо попросил Стас над моим ухом, — Но только чуть ниже.
Мои дрожащие пальцы обхватили одинокую пуговицу на ширинке, и брюки Стаса тоже полетели на пол. Бугорок на его трусах упёрся а мою ляжку, и я не могла сдержать рвущийся наружу стон удовольствия, когда большой палец Стаса стал кружить по моей возбуждённой горошинке, слегка задевая её ногтем.
Одним резким движением Стас снял с себя трусы и навалился сверху, повиснув над моим трясущимся телом, которое уже изнемогало от нахлынувшего возбуждения. На коже своего бедра я почувствовала что-то твёрдое и без труда поняла, что это.
— Главное расслабься, тогда будет не так больно, — произнёс Стас, и от слова «больно» мне действительно стало не по себе.
«Я, конечно, слышала, что в первый раз проходит с болью, но ведь Стас не сделает мне больно…»— я с надеждой посмотрела в его глаза, ожидая увидеть в них ту нежность, с которой он смотрел на меня пару минут назад, но в них виднелось только безумное желание. Его глаза полыхали ярким пламенем.
