– Заткнись! Ты все слышал. Мы собираемся ужинать, и одна мысль, что ты обосновался на нашем крыльце, способна испортить нам аппетит. Успеешь спуститься на тротуар, пока я считаю до десяти, впущу тебя в девять. Не успеешь – не впущу. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь…
Он спустился. Вульф направился в столовую. Я прошел на кухню и уведомил Фрица:
– Еще один. Итого десять. Вместе со мной и мистером Вульфом – ровно дюжина. Вместе с тобой – тринадцать.
– Тогда меня считать не будем, – решительно заключил он.
Я немного разозлился на Натаниэля Паркера. Договорились же, что он и миссис Яффе прибудут минут на пятнадцать – двадцать пораньше для закрытого совещания нашей фракции, а вместо этого они явились последними, опоздав на десять минут. Судя по их поведению, они и ужинали вместе, что, конечно, законом не возбраняется. И похоже, Паркер полагал, будто вечернее совещание не имеет особой важности, потому как распоряжаться все равно будет Вульф.
Однако их задержка осложнила мне жизнь. От Вульфа помощи ожидать не приходилось: он имеет обыкновение прятаться на кухне, пока все не соберутся. А к тому времени, как Паркер и Сара Яффе соизволили явиться, атмосфера несколько накалилась. Участники софтдаунского квинтета, прибывшие по отдельности, немедленно сбились в кучку в углу за диваном и шушукались там.
Когда я представил им Эрика Хэя и его адвоката Ирби, никаких рукопожатий не последовало – хотя бы потому, что софтдаунская группировка пришла в сильное изумление. Объяснять присутствие Ирби и Хэя я не стал, да у меня и не спрашивали объяснений.
Я предложил присутствующим напитки, но освежиться никто не захотел. Один только явившийся позже Энди Фомос после процедуры знакомства смешал себе стакан белого вина с содовой и встал в сторонке, потягивая коктейль и мрачно поглядывая по сторонам, словно бы решал, чью же шею сломать первой. Из всех имеющихся в наличии он не сдюжил бы, пожалуй, только с моей, да еще, быть может, с шеей Хэя.
Что до меня, то, исполняя данное Вульфу обещание, я снарядился к встрече, упрятав в карман пиджака короткую, но увесистую резиновую дубинку и пристроив на бедре короткоствольный «фаргер»[13]. Мне представлялось маловероятным, чтобы ведомое Вульфом собрание вышло из-под его контроля, но, случись такое, трудно было бы сказать, кто за что возьмется, а мне и без того уже поцарапали туфлю.
Когда Фриц привел в кабинет Паркера и Сару Яффе, она остановилась в дверях и осмотрелась. Я впервые увидел ее при искусственном свете и нашел весьма привлекательной с порозовевшим лицом, в белом летнем платье, белых сандалиях и с маленькой белой сумочкой, болтающейся на руке.
Перри Хелмар окликнул Сару и направился в ее сторону, но я преградил ему путь и сам подошел к ней и Паркеру, вслед за чем потребовал внимания и объявил их имена.
Естественно, никто из пришедших прежде не видел Паркера, а Ирби и Хэй еще не знали и Сару Яффе. Хэй поцеловал ей руку. Виоле Дьюди такого внимания он не оказывал. Судя по тому, как Сара восприняла его жест, ничего против она не имела, а я признал, что выглядит он поприличнее, нежели днем, – причесанный, побритый, в чистом белом костюме и туфлях.
Я отвел Перри Хелмару красное кожаное кресло, рассадил всех прочих, как было задумано, подошел к столу Вульфа и нажал на кнопку, дав один длинный и два коротких звонка.
Вульф прошествовал в кабинет. Из-за столпотворения ему пришлось повернуть направо и пробраться к своему креслу вдоль стены. Садиться он не стал и обратился ко мне:
– Арчи?
Я назвал четверых, с которыми он еще не встречался:
– Мисс Виола Дьюди, бывший помощник президента, а ныне помощник секретаря корпорации «Софтдаун». Джей Л. Брукер, президент. Бернард Квест, отдал этому бизнесу шестьдесят два года, из них тридцать четыре – на посту руководителя отдела сбыта и двадцать девять – вице-президента. Оливер Питкин, секретарь и казначей корпорации.
Вульф склонил голову на добрые полдюйма, что для него было равносильно почтительному поклону, и уселся. Не успел он как следует устроиться в кресле – в его исполнении процесс это небыстрый, непростой и трудоемкий, – как заговорил Перри Хелмар.
– У меня подготовлено заявление, – провозгласил он, – которое я хотел бы зачитать.
Квадратная челюсть адвоката выдалась вперед, обнаруживая решимость до конца исполнить долг. В руке он держал лист бумаги.
– Длинное? – поинтересовался Вульф.
– Минуты на три-четыре.
– Зачитывайте.
Хелмар нацепил очки в металлической оправе, поднял бумагу и завел волынку:
