Да, похоже, мой старый друг прав. Чтобы обойти эту серию мясорубок, воронок, зыбей, надо заложить огромный крюк на юг. А это значит, что все время, которое мы наиграли, пройдя через озеро по кратчайшей, мы теперь потратим на то, чтобы обходить это проклятое аномальное поле.
- Тогда уж проще прямо здесь заночевать, - вздохнул я. - А вдруг к завтрашнему утру поле аномалий изменит конфигурацию? И кое-какие мясорубки рассосутся. А?
- Может, и так, но я бы шел, пока светло. Нечего тут сидеть…
О, начинается… Сейчас как заспорим!
И заспорили бы, я думаю. Но тут без «здрасьте» к нам явился студень.
Для начала на тропе, по которой мы шли, проступили капли жидкости малинового цвета.
- Смотри-ка, Тополь. - Я легонько ткнул друга локтем под бок, кивком указывая на смертельно опасную подвижную аномалию Зоны. - А ты еще на пригорок не хотел. Хороши бы мы были сейчас там, на тропе, а?
- Детектор предупредил бы, - произнес Тополь, но уверенности в его голосе не было.
Студень меж тем стремительно прибывал. Истошный писк, который донесся из рюкзаков, свидетельствовал о том, что студень зачуяли и наши подопытные крысиные короли. Зачуяли - и перепугались насмерть.
- Ого. - В голосе Тополя не слышалось страха, скорее безмерное уважение к Ее Величеству Зоне. - Ты погляди, как поливает.
«Поливала» она действительно знатно. Языки студня - здесь, в потоках параноидального рубинового света, они казались реками крови - струились между пригорками сколько хватал глаз. Откуда-то издалека донесся леденящий душу вопль.
- Слыхал? - спросил я.
- Кто-то гробанулся, - утвердительно кивнул Тополь.
- Одним конкурентом меньше. - Я натянуто улыбнулся.
Что- то в сегодняшнем студне мне активно не нравилось. Кроме тошнотворного цвета, естественно. Я пока не мог понять -что.
- Ты когда-нибудь слышал, что его может быть столько? - спросил Тополь.
До меня дошло, что мне так уж не нравится.
- А ты когда-нибудь видел, чтобы студень тек вверх? - спросил я.
- Твою мать.
И действительно. Почти везде студень, нормально подчиняясь законам всемирного тяготения, вел себя как обычная вода. Ну или вулканическая магма. В любом случае он сперва заполнял все низины, а потом уже его уровень равномерно поднимался. Но в паре мест - и этими местами были два бугра сбоку от холма, на котором стояли мы, - студень нагло попер вверх. Как будто был живым существом, обладающим мускулатурой. Или как будто вектор земного тяготения в тех местах развернулся к небесам…
- Он и к нам ползет, - безмятежно сказал Тополь.
- У тебя соли нет случайно? - спросил я.
- Чего?
- Поваренной соли нет?
- Соли?
- Подойдет любое соединение, содержащее хлор.
- Отравиться решил, чтобы не мучиться?
- Нет. Впрочем, откуда у тебя соль, - пробормотал я, лихорадочно роясь в своем рюкзаке (из глубины блеснули наполненные ужасом до краев глаза крысиного волка - круглые, как коллекционные рубли). - Вся соль-то у меня… Хорошая такая соль… йодированная… полезная для щитовидной железы, которая у сталкеров подвергается калечащим ее нагрузкам. Кому как, а мне нужна здоровая щитовидная, вот поэтому я…
- У тебя истерика, сталкер, - строго оборвал меня Тополь.
- А вот и нет, брат. - Я наконец нашел свой жестяной коробок с солью.
Соль в Зоне - это жизнь. Согласны?
Не согласны?
А вот был случай. Со сталкером по кличке Хе-Хе.
Парень в Зоне попал под Выброс. Выброс-то он переждал, конечно, но, как поется в песне, «а поутру они проснулись - кругом примятая трава». В случае Хе-Хе трава были примята гравитационными аномалиями. Причем - везде вокруг схрона Хе-Хе в радиусе метров пятьдесят.
Что оставалось ему делать? Ждать, пока конфигурация аномалий не изменится.
А она не менялась - месяц.
Сперва он съел все, что было в рюкзаке. А потом… Потом ему один раз - только один раз! - повезло, и он настрелял ворон. Много. Аж восемь.
У Хе- Хе была соль. Целая пачка. Поэтому он смог засолить воронье мясо. И ел его три недели. Запивая дождевой водой.
А если бы соли у Хе-Хе не было…
У соли еще много других применений - например, ею хорошо оконтуриваются некоторые новые аномалии из числа появившихся в последние годы.
- Володя, студень подбирается, - сообщил Тополь.
- Внимание. Не спрашивай меня почему, но сделать надо так.
После чего я изложил Тополю свою теорию. Она основывалась на эксперименте с болтом, который я случайно застал в лагере ученых у Добровольцева.
- …Уверен, - тараторил я, - что он в студень налил гипохлорит натрия. Не спрашивай почему, но после этого болт у него взлетел. Ну а мы посолим студень, понимаешь? Потому что поваренная соль это «натрий хлор», то есть хлорид натрия, ага? Ну и какая разница - хлорид или гипохлорит? Никакой! В любом случае действующим веществом будет хлор!
- И что? - спросил Тополь, опасливо косясь то на меня, то на студень, который облепил уже все скаты нашего холма и стоял в считанных метрах от наших подошв. При этом меня, похоже, Тополь принимал за помешавшегося от страха идиотика и боялся немногим меньше, чем студня. - Что? Ты полагаешь, если болт полетит, то и мы полетим? Болт-то железный, с ним все ясно.
