– Итак? – спросил Сандер, появившись этим утром перед кузеном Евгением.
– Быстро родятся только блохи, – любезно улыбнулся герцог.
– По‑видимому, ты мог сказать мне это еще вчера, – пожал плечами Керст, надеясь, что лицо не выдаст его разочарования.
– Верно, верно! – покивал Евгений, как бы соглашаясь со словами Сандера. – Но, видишь ли, Александр, я очень спешил. Ты ведь представляешь себе, что это такое – «жажда свершения»? Ведь так? Нет? Ты терпеливо ждешь решения своей судьбы? Ты хладнокровен, ты никуда не спешишь, «жажда свершения» не сжигает тебя изнутри, ты это хочешь мне продать?
– К чему ты клонишь? – Было крайне трудно сдерживать эмоции, но Сандер старался. Он и в самом деле хотел «продать» Евгению тот образ, что строил с таким тщанием много лет подряд.
– Я хочу получить корону.
– Так бери ее, она твоя, – пожал плечами Сандер. – Или возникли затруднения?
– Девушка… Я думаю, ты все прекрасно понимаешь, Сандер. Ты ведь замечательно считаешь шансы, не так ли? Ты знаешь, я могу договориться с Матеусом и Дарией. По правде говоря, я с ними уже почти договорился, учитывая, что и армия у меня не чета их ополчениям. Но Тина Ферен или, вернее, принцесса Зои Верн ломает все соглашения. Торги начинаются заново, и игра приобретает характер случайного броска монеты. Никакой определенности, Александр, один лишь проклятый случай, не оставляющий места для настоящего искусства.
– Такое ощущение, что ты перепутал роли, – покачал головой Сандер Керст. – Это моя реплика.
– Точно, – легко согласился Евгений. – Я говорю не свои слова, а твои. Зачем? А затем, чтобы определиться в цене. Ты знаешь цену, знаю ее и я. Но я хотел бы определенности: в какой степени я могу доверять тебе в дальнейшем?
– В той же, в какой смогу доверять тебе я. Ты станешь императором…
– Но даже императорам нужны свои люди, я имею в виду преданные люди, ты понимаешь?
– Ты сомневаешься, что я буду служить тебе верой и правдой? Вознеси меня, Евгений, и моя преданность будет оплачена сполна, как и моя помощь.
– Что ж. – Евгений подошел к столу и тронул пальцами несколько пергаментных свитков с печатями, лежавших на столешнице. – Ты прав, кузен, на самом деле я мог ответить тебе еще вчера. Все нужные люди находятся здесь, в Лукке, как и все необходимые бумаги. По правде говоря, дело случая. Могло сложиться и по‑другому, но нам повезло, тебе и мне. Однако перед тем, как решиться на такой шаг, я хотел убедиться в серьезности твоих доводов.
– Убедился?
– Да.
– Расскажешь, как?
– Ну, полагаю, что тебе можно. Теперь, когда ты предложил мне свои услуги. Ведь я правильно тебя понял, ты собираешься стать кем‑то вроде доверенного советника при новом императоре?
– Я могу многое, чего не могут те, кто вырос в замках и дворцах, – поклонился Сандер.
– Верно, – улыбнулся герцог. – На это и расчет. Ты знаешь жизнь куда лучше большинства вельмож. Но вопрос доверия непростой вопрос.
– Тебе нужны страшные клятвы?
– Возможно. Однако взаимный интерес представляется мне важнее любых клятв.
– В этом есть резон, – согласился Сандер. – Но вернемся к вопросу о способах проверки.
– Шпионы, Александр. Всего лишь люди, любящие деньги, и никакой мистики. Вчера некто, кого никто не видел, но кого все‑таки кое‑кто слышал, имел приватный разговор с Матеусом Бёмом.
– Вот как… И о чем, с позволения вашей милости, шел разговор? – поинтересовался Сандер, лихорадочно пытаясь понять, кто бы это мог быть.
– О некоей Тине Ферен…
– Это был мужчина?
– Женщина в этой истории тоже есть, – кивнул Евгений. – Высокая, стройная, одетая на мужской манер и опоясанная мечом.
– Она тоже была у Бёма?
– Нет, она посетила княгиню Дарию.
– Дай угадаю! – через силу улыбнулся Сандер. – Они тоже говорили о Тине Ферен?
– Да. Но я не ограничился этим и послал своих людей в твою гостиницу.
– Любопытно…
– Почему ты не сказал, что девушку сопровождает Гвидо ди Рёйтер?
– Кто? – опешил Сандер.
– Имперский граф ди Рёйтер, известный полководец, хотя он уже лет двадцать не брался за оружие, путешественник и алхимик. Еще про него говорят, что он чернокнижник. Но самое любопытное, что многие из тех немногих, кто его знал, утверждают, что он мертв. А он, оказывается, жив и спит с принцессой Зои. Почему ты мне об этом не рассказал?
– Я не знал, – честно признался потрясенный до глубины души Сандер.
– Многообещающее признание.
– Это правда.
– Возможно. Но ты умолчал и о том, что девушка умна и образованна.
– Ты не спрашивал, – возразил Сандер. – Тебя, Евгений, интересовала только ее задница.
– Ну, первым‑то добрался до ее зада Гвидо ди Рёйтер, и это тревожный сигнал, если знать его репутацию. Ты уверен, что не обманываешь меня? Ты в самом деле владеешь теми документами и сможешь доказать, что принцесса… не настоящая?
– Вы сомневаетесь, что у меня есть документы? – спросил тогда Сандер.
– Я опасаюсь, что они подлинные, – глухо ответил Евгений.
3
