— Пуля прошла на вылет, благодари бога, или косых наёмников. Внутренние органы тоже не задеты, вроде бы…
— Ты разбираешься в медицине? — удивился Джон.
— Придётся начать, — пробормотал офицер, делая укол обезболивающим.
— Ты уверен, что у тебя получиться?
— А у нас есть иной вариант?
— Нет, — отчаянно произнёс Стальной кулак, видимо он совсем не хотел, что бы его жизнь зависела от надоедливого копа.
— Я сделал местную анестезию, будет больно, но придётся терпеть.
Стальной кулак, молча, отпил из бутылки.
Бенни принялся обрабатывать рану, антибиотиками и антисептиками. Затем взялся за нитку с иголкой.
— Ты уверен? — с сомнением спросил Джон, глядя на рану, которая ещё кровоточила.
— Я проходил курсы рукоделия.
— Правда?
— Нет, — Бенни подцепил край кожи иголкой, Джон громко выругался.
— Боже, ты говорил, будет не больно!
— Я этого не говорил, просто без обезболивающего было бы больнее.
— Боже!
— Не думай о боли, думая о чём-то хорошем.
— О чём, чёрт возьми.
— Не трогай мои руки, раз начали, придётся закончить.
— Давай, шей быстрее.
— Это тот случай, когда жизнь холостяка спасает в трудной ситуации.
— В смысле?
— У меня нет жены, приходится всё зашивать самому.
— Пытаешься отвлечь меня от раны? — догадался Джон.
— Именно.
— Спасибо. Тогда расскажи, откуда ты умеешь обрабатывать пулевые ранения?
— На собственном опыте запомнил, меня довольно часто латают.
— Тебе не позавидуешь.
— Пока не жалуюсь.
— Скоро там ещё?
— Почти готово.
Бенни оторвал конец нити, и взялся за бинты. Через несколько минут операция была окончена.
— Тебе надо поесть, чтобы восполнить силы, я позвоню в доставку пиццы.
Джон с облегчением опрокинулся на диван.
— Знаешь, Бенни, — начал он, — спасибо тебе!
— Отплатишь информацией.
— Конечно. Но ты и вправду спас мою задницу, я не на шутку перепугался, когда меня пытались убить.
— Пиццу скоро привезут, а теперь ты готов ответить на мои вопросы?
— Спрашивай.
Бенни сел напротив больного, его лицо стало сосредоточенным и внимательным, как хищник следит за жертвой, так и полицейский взирал на рассказчика.
— Что ты знаешь об Игре?
— Немного. Я знаю, что есть ещё Игроки, как и ты.
— Я?
— Ну, ты же играешь, а все кто играет, те автоматически становятся Игроками.
— Я не играю.
— Если ты узнаёшь об Игре, значит, ты уже в неё входишь.
— Кто это делает?
— Я называю его Ведущим.
— Ты знаешь кто это?
— Нет.
— Почему ты уверен, что это один человек?
— Он оставляет записки, и по ним я понял, что это мужчина.
— Каковы правила?
— Их нет.
— Что это за Игра, где нет правил?
— Правила устанавливает Ведущий, он и говорит что делать, но я понял, что нужно собирать Предметы, если не успеешь, те тебя могут убить.
— Поэтому ты и приехал сюда?
— Да, мне сказали, что Перчатки здесь у Роберта Колина и Джери Барринтона.
— Что ты сделаешь с ними?
— С Перчатками или с ворами? — прищурился Стальной кулак.
— С ворами.
— Если не отдадут по-хорошему, то придётся их убить.
— Я всё-таки коп, — заметил Бенни, невзначай коснувшись Перчаток через плотную ткань джинсов.
— В первую очередь ты — Игрок, как и я. И знаешь, когда вопрос становиться убить или быть убитым, то я готов переступить через закон.
— Много ещё таких Предметов?
— Не знаю, наверное, стали бы создавать такую Игру ради одних только Перчаток.
— Что из себя, представляют Перчатки?
— Я не знаю, из какого материала они сделаны, но эти штуки чертовски сильные.
— Дают супер — силу?
— Ты их видел? — глаза Джона засверкали огнём азарта.
— Да, когда Роберт Колин сломал мне пару рёбер.
— Где они?
— Их успел забрать Джери, я не смог его догнать.
— Чёрт! — выругался Стальной кулак, заметно огорчившись, — Если не найду их, то меня могут убить.
— Сара Коул искала эти Перчатки? — продолжил Бенни.
— Наверное.
— Она тоже играла?
— Да, угрожали её матери и её самой, что убьют, если она не достанет Перчатки.
— Ты не решился помочь ей?
— Она и слушать не стала.
— Отдал бы Перчатки любимой девушке, или для тебя это слишком благородно?
— Они убили бы меня! — оскорбился Джон.
— Если бы ты любил Сару, то готов был бы умереть ради неё.
— У неё же хватило духу наброситься на меня!
— Она защищала семью, а ты только себя.
— Да что ты понимаешь? — воскликнул Джон, подскочил, но тут же вскрикнув от боли, сел обратно на диван, — Что ты знаешь о любви?!
— У Сары был Предмет?
— Да. Костюм.
— Расскажи подробнее.
— Она раньше занималась гимнастикой, потому ей и выпал обтягивающий Костюм, как у гимнастов, но только цвета, как Перчатки, и такого же материала.
— На тебя она напала именно в Костюме?
— Да, на видеозаписи видно, что я защищаюсь.
— Ты всё-таки боксёр, а она — гимнастка.
— Этот её Костюм, был, как экзо-скелет, с ним она поднимала тяжести, которые мне и не снились, и тело её гнулось невероятно.
— Ты убил Сару в камере?
— Что?! Нет! Я же уже говорил! Я любил Сару, я бы никогда не сделал ей плохого.
— Ты бил её грифом от штанги в своём доме.
— А защищался! Первый раз, когда она прокралась в мой дом, я был в гостях, а Перчатки всегда брал с собой, я не ожидал, что Сара способна на такое, потому и не написал заявление.
