За стеной, чудом уцелевшего, давно заброшенного, саманного домика, временно переделанного в походный карцер, звякнули ключи. Полковник Зимин открыл глаза, но вставать с набитого гнилой соломой тюфяка, брошенного на пол, не торопился. Щелкнул навесной замок, и дверь со скрипом отворилась. Согнувшись, входной проем был слишком низок, внутрь вошел охранник и застыл, наведя ствол автомата на Зимина. Следом за ним, появился невысокий, коренастый помощник Корзуна, капитан Болотов. Осмотрелся в полумраке, втянул носом воздух, поморщился и прикрыл лицо белоснежным платком. Запах в импровизированной одиночке был стойким и неприятным. С непривычки, он вызывал рвотный рефлекс. В атмосфере камеры смешались воедино вонь испражнений, немытых тел, гниющих остатков пищи и еще масса всевозможных ингредиентов растительного и животного происхождения. Небольшое вытяжное отверстие, расположенное под потолком, носило, скорее номинальное значение, нежели выполняло какие-то функции. Капитан кивнул охраннику на арестованного и вышел. Боец пнул Зимина «берцем». Полковник, медленно поднялся, отряхнул форму, пригладил ежик волос и вышел. Одуряющий чистый воздух, резко ударил ему в ноздри и заставил пошатнуться. Зимин ухватился рукой за стену. Болотов стоял напротив, курил тонкую сигару и насмешливо смотрел на опального офицера. Головокружение прошло. Полковник закашлялся и хриплым от сухости в горле голосом произнес:
— Что скалишься, халдей? Веди к своему хозяину. Ты же за этим пришел?
— Товарищ полковник, не в Ваших интересах хамить. Ведь на итоги следствия могут повлиять и субъективные факторы, хоть они и не будут отражены в протоколах. Поэтому постарайтесь обойтись без оскорблений. Прошу Вас. Майор Корзун ждет.
Демонстративно заложив руки за спину, Зимин двинулся следом за капитаном, в сопровождении молчаливого охранника.
В штабной палатке, куда привели полковника, кроме Корзуна не было никого. Он встретил вошедших холодно. Жестом предложил Зимину табурет, возле раскладного стола. Болотову и конвоиру — указал на выход. Те, ни слова не говоря, покинули помещение.
— Что ж ты, полковник, не даешь жизни ни мне, ни себе? — Корзун расхаживал по палатке и выцеживал слова, — Неужели тебе, опытному вояке, непонятно, что не мытьем, так катаньем, я своего добьюсь. Только, когда начну «катать», будет много пострадавших. А головы могут полететь в буквальном смысле. Давай облегчим друг другу задачи.
— Я вижу майор, ты тоже проникся ко мне доверием, раз перешел на «ты». Прямо не знаю, радоваться этому или огорчаться. Будущее покажет. Только не пойму я, чего ты хочешь добиться, о чем толкуешь? Ты верно заметил, что я опытный вояка, и не привык выискивать подтекст в словах. Для меня все должно быть прямо и перпендикулярно. Поэтому не юли и выкладывай все на чистоту. Конкретный вопрос — конкретный ответ. Иначе, у нас никаких дел не получится, «ни мытьем, ни катаньем». Можешь хоть сейчас меня четвертовать.
Корзун оперся руками о стол. Долго и пристально всматривался в Зимина, как бы изучая его: играет с ним полковник или, действительно, не понимает. Ни один мускул не дернулся на лице старого пса войны. Майор отвел взгляд, вытащил из кармана пачку сигарет и закурил.
— Хорошо. Давай говорить прямо. Прежде всего, меня интересует майор Андреев. Где он? Сумел ли выполнить задание? Если — да… Где камень? — Корзун снова вперился взглядом в Зимина.
— Ну, ты барин, вопросиками сыплешь, — полковник шумно выдохнул и внешне, как бы, расслабился, — Прежде всего, я не могу понять, о каком камне ты говоришь. В задачу группы Андреева входило уничтожение крупного наркокартеля. Ни о чем другом, в приказе не было речи. Поэтому, они, согласно инструкции, в «автономном плавании». Работаем, между прочим, в режиме секретности, — ехидно заметил Зимин, — Соответственно, откуда же мне знать, где сейчас Андреев. На связь с ним мы выйти не можем по вышеозначенной причине. Даже, если он нас услышит — может не ответить. Зависит от обстановки. Инициатива контакта, всецело, в его руках. Так что, не знаю, выполнил он задание или нет. Майор со своими бойцами у меня, как приданое подразделение. И я в этом деле — передаточное звено: получил приказ — передал. Теперь жду результат, чтобы доложить по команде. Может, и мне, какую медальку дадут, за усердие.
— Не надо петь солдатских песен, полковник, — устало сказал Корзун, — Ты прекрасно понимаешь, о чем я толкую. Я ведь, досконально изучил ваши с Андреевым досье. Поэтому, прекрасно осведомлен об отношениях сложившихся между вами. Вы давние и, можно сказать, близкие друзья. Не раз спасали друг другу жизнь. Так что, вы, практически, братья по крови. И когда ты мне говоришь, что твое дело — десятое по отношению к судьбе Андреева, то, по меньшей мере, кривишь душой. Не можешь ты не знать, куда он отправился, зачем, когда вернется и где находится… Где контрольная точка встречи? — вдруг рявкнул Корзун, брызгая слюной в полковника, — Когда ждешь его прибытия? Отвечай, скотина. Иначе я тебя на ремни порежу!
