— Значит, ты тоже думаешь, что это он. Похвально, но тут явно замешан ещё кто-то… — Сначала было походив по своей комнате, в некоторых местах которой были зачем-то засолённые плётки и прочие интересные приспособления для ролевых игр и прочего, она вскоре остановилась у плетей, о чём-то задумавшись, но вскоре растерянно выдав: — Я… так долго думала о том, чтобы отплатить тебе за то, что ты меня бросил, но теперь я…
— Теперь я рядом. — Помня о том, что так и не смог серьёзно на неё ментально повлиять, я подошёл к ней сзади, обнимая и про себя думая о том, что пока всё идёт хорошо. Если я ни в чём не налажаю…
— Да. — Всего на миг растерявшись, она собралась, больно сдавив мои руки своими. — И теперь ты от меня никуда не денешься, даже если захочешь.
— Сей презренный слуга и не помышлял о подобном. — Поморщившись, я решил озвучить терзающее меня: — И давно ты стала такой сильной?
— Сильной? О чём ты? — Развернувшись ко мне и небрежным жестом отмахнувшись от осторожной попытки её обнять, она выдала с некой обидой: — Я думала, что буду хотя бы ровней тебе, но ты словно игрался со мной…
— Я не это имел ввиду. — Перебив её и взяв её за руку, я сделал то, что обычно делал лишь с проверенными людьми и крепкими мужиками — со всей силы сжал кисть, на миг чувствуя как девочка поддаётся, но сразу сжимает лишь чуть слабее меня. Мда…
Ещё в той жизни я заметил, что занятия с гирями, разными эспандерами и другими штуками здорово развивают руки в целом — пальцы, кисти, запястья, предплечья. Вместе они могут выдать такую силу, пик которуй когда-то показал Железный Самсон — что с детства занимаясь мог удержать двух рванувших в разную сторону лошадей каждой рукой и любую этих лошадей мог поднять над землёй, держа на плечах.
Конечно, я в той жизни не рискнул зайти так далеко, убедившись в том, что стал физически очень крепким и вынослив, спокойно голыми руками сгибая разные гвозди и не чувствуя боли из-за сильных рук. Но теперь…
Теперь я банально не успел дойти до прежней силы, но и по мнению Системы, и по своим ощущениям уже был достаточно крепким, чтобы даже выпускники Дурмстранга, достаточно развитые, ничего мне не смогли сделать. Вот только они готовились с самого детства, а Роза почти мне не уступает уже сейчас. Вот только год назад она была хрупкой девчонкой. Откуда дровишки?
— Не совсем понимаю, о чём ты. — Худая как жердь девчонка, что раза в полтора была уже меня в плечах, не чувствовала никаких неудобств, не пытаясь меня передавить, но и не давая слабину. — Ты о том, что ничего не можешь физически со мной сделать, даже не смотря на годы занятий? — Ах ты маленькая язва…
— Именно об этом. — Выхватив палочку из её рук и отбросив её вместо со своей в сторону, я перехватил её руки. — Но если ты думаешь, что я тебе ничего не могу сделать, то ты ошибаешься… — И хотя она попыталась вырваться, но я сразу понял, что хотя она имеет огромную для неё силу, но пользоваться она ей не умеет совершенно. Этим можно было воспользоваться.
Что я и делал следующие минут десять, пока мы боролись, где сначала она безуспешно боролось в моих объятьях, потом я чуть более успешно в её, переведя ситуацию в горизонтальную плоскость и ещё пару минут катаясь с ней по полу, наконец устало выдохнув, сумев окончательно перебороть её. Как же я горд, сумел физически побороть маленькую девочку, мда…
— Не ушиблась? — Сам я лежал на спине, тогда как она была на мне, дыша как загнанная лошадь и уже не пытаясь вырваться. Я уже и сам расслабил руки, вытирая её лоб от пота и убирая пряди волоса.
— Нет, но надеюсь, ты горд… — И, хотя язва была в своём репертуаре, но я был быстрее, заткнув её классическим методом, чему она не сопротивлялась — поцеловав.
Впрочем, удары по рёбрам несколько вернули меня в реальность, пока она явно намекала на то, чтобы я первым прекратил. Сама как пиявка вцепилась, ещё и дерётся…
— Леди Малфой наконец вспомнила об этикете? — И, хотя она явно прекратила не поэтому, но сейчас она выглядела как оборванка, по чему я не смог словесно не пройтись.
— И это тоже. — Она поднялась, критически себя осматривая. — Но я хотела с тобой поговорить и предупредить…
Далее мне были выдвинуты простые условия — либо я принимаю нужные ограничительные клятвы и живу здесь до момента начала следующего учебного года без каких-либо проблем, спокойно выходя из дома и делая почти всё, что мне угодно в нём же, либо… я оказываюсь под своеобразным домашним арестом и просто не буду никуда выпущен из своей комнаты. В таком случае клятвы не обязательны, но учитывая некоторые обстоятельства, мне лучше не совершать лишних телодвижений.
Результат был предсказуем — совершенно не удивлённая Роза показала мне мою комнату, вскоре оставив меня одного в ней и заперев — теперь, по её словам, я должен был подумать о своём будущем — либо я одумаюсь до конца этого месяца, либо меня пошлют в Хогвартс.
Ага, да, одумаюсь, держите карман шире…
