Зверь во мне рвался наружу, и даже если бы я захотел, всё равно не смог бы остановиться и утихомирить собственные эмоции. Как тогда, в переулке, когда верховодили голые инстинкты. Что хуже всего: волчья сущность требовала отметить непокорную пару, взять её так грубо и жёстко, чтобы навсегда запомнила — кроме меня у неё никого никогда не будет. Будь тот, другой, хоть тысячу раз её истинным избранником! И если оставить метку было верхом тупизма, учитывая обстоятельства, то вот остальное… Задрал короткий подол бесстыжего платьица до самой талии, вклинившись коленом между её ног.
— Так к чему я должен привыкнуть, а, солнечная моя? — спросил, одним рывком разорвав нижнюю часть белья, на что девушка болезненно зашипела. — К тому, как ты будешь снова пялиться на того мексикашку? — оскалился, не скрывая злобы, и тут же вторгся в неё двумя пальцами.
Судорожный выдох и ярко полыхнувшая в эмоциях жажда стали мне наградой.
— Почему же только пялиться? — ухмыльнулась Ангелина. — Кто сказал, что я на него только пялилась? — упёрлась ногой мне в полусогнутое колено и, зарычав, с силой толкнула меня в него, отчего я буквально завалился на неё. — И не только на него, — заметила уже совсем тихо на ухо. — Как тебе такой расклад, а, огненный мой? — выделила обращение с неприкрытым ехидством.
Поскольку в голове по этому поводу напрашивались только маты, неудивительно, что ничего иного озвучить не смог.
— Ссссс… — по-новой сдавил хрупкую шейку, приподнимаясь.
И тут же получил порцию песка прямо в лицо, отчего глаза зажгло. Пришлось зажмуриться. Последующий за этим сильный толчок в грудь откинул меня, немного дезориентированного, подальше от девушки.
— Пошёл ты, Оливейра! — злобно прорычала Ангелина в стороне.
То, собственно, и помогло поймать беглянку, даже не глядя. Ухватил за лодыжку, тут же подтянув к себе. В этот раз удар с её стороны пришёлся мне свободной ногой по носу. Воздух моментально наполнился металлическим привкусом крови, а пара капель даже упала на песок.
— Пошла ты сама, Оливейра! — не остался в долгу, заново поймав всё ещё пытающуюся сбежать девчонку, на этот раз перехватив за талию, и прижал спиной к своей груди.
Та, яростно рыча, забилась с удвоенной силой. В итоге, наступила мне на ногу и ударила затылком по моему подбородку. Только на этот раз я её не отпустил. Наоборот сжал объятия крепче. Следующий удар пришёлся мне по колену, а вот попытку ткнуть меня локтем я пресёк. А после и вовсе сам нажал ей на голень, вынуждая опуститься на колени. Ещё и ладонью надавил на затылок, прижимая голову Ангелины к песку. Всё это подкрепил волной подчинения, пока стягивал с себя штаны.
Воздух давно уже гудел от напряжения, эмоции зашкаливали, а возбуждение пополам со злостью сносило крышу. Поэтому не стал медлить, тут же войдя в податливое тело. Вбивался в свою пару, как помешанный, пока в глазах не потемнело, совершенно позабыв об осторожности. Протяжный стон на пике оргазма стал спусковым крючком для меня самого. Двойное наслаждение, подаренное меткой, захлестнуло разум. Едва удержался, чтобы не рухнуть на девушку, придавив собой.
— Так что там с раскладом, насчёт южного смертника, сладкая моя? — пробормотал волчице на ушко, всё ещё удерживая её в прежнем положении.
— Свадьба через неделю, — стало мне ответом. — Приглашаю! — произнесла с ядовитыми нотками.
Вот уже в который раз сознание заполонила чистейшая ярость. Недолгую тишину пляжа нарушило моё рычание, разбавленное выплеском неподконтрольной волны силы.
— Ты же понимаешь, что я убью его, да? — вырвалось из меня всё с тем же рычанием.
— Убьёшь? — удивилась Ангелина, дёрнувшись в намерении разорвать наш контакт тел и подняться. — За что? За то, что он — моя истинная пара? Или за то, что сам свалил в неизвестном направлении, бросив меня одну, а он был рядом? А чего ты ожидал? Что я снова буду тебя ждать? Не будь наивным, Оливейра. Я уже давно разучилась тебя ждать, — рыкнула, снова дёрнувшись.
Честно говоря, больше хотелось банально заново отыметь девчонку, чтоб уже заткнулась и не злила меня ещё больше, нежели уже сделала, но вряд ли этот вариант прокатит до конца дней наших, так что…
— Я ничего не ожидал, — проговорил, притянув её к себе за волосы. — Я через себя пропустил каждую долбанную эмоцию, что ты испытала к этому мудаку. И поверь, солнечная моя, — перешёл на заботливо-мягкий тон. — Повторно такое я испытывать не хочу, так что мне проще убить его, чтоб уж наверняка… — откровенно пообещал, уловив страх в чужих эмоциях на последнее заявление.
“Если понадобится, и других тоже отправлю в Грани” — добавил уже про себя.
— Ненавижу тебя! — глухо отозвалась на это Ангелина, пропитав всего меня своей бессильной яростью. — Ты можешь сколько угодно иметь меня, Оливейра, но это не значит, что я буду тебе принадлежать.
— Можешь ненавидеть и дальше, — отозвался в снисходительном тоне, хотя то давалось с большим трудом. — И ты права, я буду иметь тебя сколько угодно, — прижал её к себе, стиснув крепче.
Былого контакта почему-то стало отчаянно мало.
