Мальчик съежился и отпрянул назад, когда я опустилась на корточки, протягивая руку к его лицу.
– Все в порядке, – спокойно произнесла я, остановив ладонь в воздухе.
Большие карие глаза нерешительно смотрели на меня из-под длинных темных ресниц.
– Все в порядке, Самюэль. – Я успокаивающе улыбнулась. – Я не причиню тебе вреда.
Мальчик испуганно распахнул глаза, когда я снова потянулась к нему, но позволил мне коснуться его подбородка и мягко повернуть его голову в сторону. Я замерла на мгновение, глядя на распухший кровоподтек, исказивший его левую скулу. Затем схватила мальчика за плечи, сильнее чем планировала, позволяя гневу, который я чувствовала, отразиться на лице.
– Кто сделал это с тобой, Самюэль? – Прошипела я. – Кто сделал это?
– Стоп!!!
Голос разорвал тишину комнаты подобно выстрелу, и я почувствовала, как вздрогнули маленькие плечи под моими ладонями.
Вздохнув, я опустила руки на бедра, когда привычные шум и гомон окружили меня. Камера, маячащая справа, отодвинулась назад, и я резко поднялась на ноги.
– Черт.
Мальчик хихикнул и вытер сопли тыльной стороной ладони, оставляя слизистый след под носом.
"Чудесно".
– Бэкка? – Обратилась я к одной из крутившихся вокруг ассистентов. – Можно получить салфетку или еще что-нибудь тут?
Я всеми руками за реализм на телевидении, но нет ни одного шанса, что я стану обнимать этого ребенка, когда он весь в соплях, что бы там не говорилось в сценарии.
Пока Бэкка, невысокая рыжеволосая девушка в обтягивающем лимонно-зеленом топе, суетилась вокруг мальчика, я повернулась в сторону приближающихся шагов, привычно надевая на лицо маску вежливого уважения, которое совсем не чувствовала.
– Что не так, Адам? Я думала, все идет хорошо.
На самом деле, я так не думала – слишком много агрессии, как следствие недостатка сна, очень длинной недели и ужасной головной боли – но, прах побери, я не собиралась признавать свои ошибки перед этим придурком.
Адам Крэйзик был низким, неприятным и потным; я возненавидела его с первого взгляда и, что стало очевидно после недели съемок, это чувство было взаимным.
– Именно поэтому режиссер тут я, мисс Харрис, а не вы.
"Ты режиссер потому, что женат на племяннице продюсера сериала, осел".
Скривив губы в неопределенной улыбке, я оставила эти мысли при себе.
Я ненавидела приглашенных режиссеров.
Они уничтожали привычный замысел, впустую тратили съемочное время и были всеобщей болью в заднице. Результатом работы Крэйзика в качестве режиссера стали шестнадцатичасовой рабочий день, многократная пересъемка сцен и убийственная головная боль, которая не отставала от меня последние 72 часа.
– Давайте попробуем это снова, – продолжил потный мужчина, – с немного большим количеством сострадания и немного меньшим количеством 'Рэмбо'. Вы пытаетесь помочь мальчику, мисс Харрис, а не нападать на него.
Тот факт, что в данном конкретном случае он был прав, раздражал меня даже больше, чем его высокомерная улыбка. Я коротко кивнула, сопротивляясь желанию ударить его.
Адам нетерпеливо щелкнул пальцами, и ассистент тут же кинулся в его сторону.
– И кто-нибудь, пожалуйста, сообщите мисс Стокли, что скоро мы будем готовы снимать сцены с ее участием.
– Мисс Стокли, – глубокий, очень женственный голос, растягивающий слова, – уже здесь.
Эффект был мгновенным. Крэйзик дернулся на голос быстрее, чем можно было ожидать, фактически он побежал туда, где по-королевски устраивалась на своем стуле Элизабет Анна Стокли.
– Мисс Стокли!
– Привет, Адам, – пробормотала она. – Прости, если я немного опоздала. Задержалась в гардеробной.
На мой критический взгляд, одето на ней было то же самое, что и три часа назад. Вероятнее всего, ее опоздание было связано с мускулистым интерном по имени Чэд – любимцем Лиз на этой неделе – а не с гардеробной. Не то, чтобы ее оправдание имело значение. Проклятье, она могла бы сказать, что курила в мужской уборной, а он бы и глазом не моргнул и ни на йоту не сбавил пыла.
– О, нет проблем, нет проблем. Замечательно. Вы выглядите прекрасно, просто прекрасно.
Я закатила глаза, чувствуя одновременно раздражение и изумление волшебством Лиз, которая одним своим появлением превратила Крэйзика в подлизу, пускающего слюни.
И кто мог бы винить его?
Элизабет Анна Стокли была хорошенькой. Белокурые волосы, голубые глаза, великолепная улыбка, тело с округлостями во всех нужных местах, и обаяние южной красавицы – она могла обернуть вокруг пальца даже самого большого придурка, будь то мужчина или женщина.
Несомненно, соблазнительная упаковка.
Еще она была темпераментным, капризным и взыскательным человеком, великолепной актрисой и, с моего первого дня работы в сериале '9 округ', хорошим другом.
Я все еще с изумлением думала об этом. Неизвестная из неоткуда – я – работаю вместе с такой известной актрисой как Лиз Стокли. От рекламы пива до большой роли в мгновение ока.
