В книгу петербургского писателя вошли три повести — «полифоническая», «трагическая» и «фантастическая». Каждая из них — своеобразное осмысление автором мира, не похожего ни на какой другой, одна из которых разворачивает перед читателем широкую картину взаимоотношений людей на фоне быстротекущих общественных процессов. Миры автора невероятны и фантастичны, его видение противоречиво и парадоксально, а его произведениям трудно найти аналоги.
Annotation
В книгу петербургского писателя вошли три повести — «полифоническая», «трагическая» и «фантастическая». Каждая из них — своеобразное осмысление автором мира, не похожего ни на какой другой, одна из которых разворачивает перед читателем широкую картину взаимоотношений людей на фоне быстротекущих общественных процессов. Миры автора невероятны и фантастичны, его видение противоречиво и парадоксально, а его произведениям трудно найти аналоги.
Влад Стифин
Предисловие от автора
Пришлый
Предисловие издателя
Глава первая. Осень
Глава вторая. Зима
Глава третья. Весна
Глава четвертая. Лето
Глава пятая. Домой
Двое на фоне
Предисловие редакции
Часть 1. Разлука
Часть 2. Одиночество
Часть 3. Встреча
Последний пумпель, или
Рецензия вместо предисловия
Эпилог
notes
1
Влад Стифин
Играл на флейте гармонист
Предисловие от автора
Конец лета. Вот-вот наступит осень, сначала яркая, может быть и теплая, постепенно переходящая в слякоть, сумрак и холод. Но сейчас, сегодня пока еще конец лета, когда весна с великими планами на будущее уже давно ушла в историю, когда грандиозные задумки, прожекты, радостные ожидания предстоящих счастливых летних дней уже сбылись или пробежали, промелькнули мимо.
Солнце прогревает перезрелую парковую зелень. В темных аллеях прохладно и чуть сыро после туманной ночи. Но на солнышке, на открытых полянах еще тепло, а в середине дня даже жарко. Утки в прудах дородные, жирные после щедрого лета, наверное, знают, когда им улетать на зимовку, но по их безмятежному поведению понятно, что это время еще далеко. Редкие посетители старинного парка дышат свежим воздухом, отдыхают от городской суеты, можно даже сказать, наслаждаются этим великолепием, созданным природой и человеком. Пейзажный парк с дворцом в центре, на холме красив своим удачным, бережным вторжением архитекторов и садовников в природный беспорядок. Наблюдателю, даже далекому от садово-паркового искусства позапрошлого века, это благолепие внушает спокойствие и оптимистичные мысли о существовании где-то, может быть и не здесь, счастья, покоя и свободы. И приходят в голову фантастичные мысли и идеи о добре, о смысле жизни и радостная грустинка витает вокруг: «Мол, я-то здесь жив и могу наслаждаться этим существованием сейчас».
Подбежала ничья собака, черный крупный пес с признаками какой-то породистой родословной. Пес, умный, догадался, что у этих посетителей, наверное, есть еда именно для него, раз они сидят на скамейке и что-то жуют с аппетитным запахом. Пес получил свои бутерброды и удалился, не выразив никакой благодарности за угощение.
— Эка псина, поняла, что у нас больше ничего нет, и ушла промышлять по аллеям дальше, — заметил один из гуляющих.
— Соображает животное. Сейчас-то ему благодать, тепло и подкормиться есть чем, а зима придет, холодно и голодно станет, — продолжил разговор другой.
— Умный пес найдет себе место, где перезимовать, — послышалось в ответ.
Разговор о собаке прекратился, наверное, каждый подумал, что скоро зима и это предосеннее великолепие быстро закончится. Солнечные лучики пробивались через еще плотную летнюю листву, и грусть ожидания холодов развеялась сама собой. Кое-где уже проступили желтенькие пятнышки отдельных листиков, но это еле уловимое напоминание осени почти не привлекало внимание. Кто-то заметил:
— Три дня до осени осталось.
Его машинально продолжили:
— Уже мелькает желтый лист.
— А что? Может получиться стихотворение, — вслух размышлял самый старый из говоривших:
— Три дня до осени осталось,
Уже мелькает желтый лист —
Так лето с нами попрощалось.
Играл на флейте гармонист…
Потом наступила осень, пришла зима, и как-то сами собой написались эти три повести.
Оригинальный текст оказался весьма сложным для корректировки. Автор выражает глубокую благодарность Владимиру Ивановичу Валуеву, любезно согласившемуся выполнить эту сложную работу.
Пришлый
Полифоническая повесть
Предисловие издателя
Современный читатель почти никогда не читает Предисловия, но мы, посоветовавшись с редакционной коллегией, все-таки решились на написание этого краткого, очень краткого предисловия лишь только для того, чтобы случайный читатель заинтересовался этой повестью и не бросил читать ее в самом начале.
Рукопись этой повести мы нашли совершенно случайно в архиве редакции и, судя по входным данным, принесли ее нам более пятидесяти лет тому назад. Сведений об авторе в архиве мы не обнаружили и, понадеявшись на собственное понимание содержания повести, решили изложить в предисловии, весьма сжато, основные идеи публикуемого произведения.
Понятие «Полифоническая повесть», вынесенное в название, с нашей точки зрения, означает многоголосие мнений персонажей повести и разнообразие стилей. Здесь мы видим и прозу, и стихи, и воспоминания детства главного героя, и его противоречивые сны.
