Я уселся на берег рядом с могучим, но мокрым, как тонувший котёнок, Серафимом. Ледяные ручьи стекали с наших одежд и торопливо бежали назад – к большой воде. А ведь прибывает водица… Остров с аркой заметно ужался в размерах, и не наши слёзы тому виной…
Вновь запускаю руку в инвентарь, на этот раз читерски, не развязывая котомки. Седьмой ряд, ячейки с сорок первой по сорок девятую. Восемь стеков по двадцать кристаллов. Выгребаю один слот под ноль. Дал бы все, но хомяк кисть откусит по самое плечо…
– Держи… Спасай своих братьев. А я, пожалуй, пойду. Мне тоже есть кого спасать, знать бы только как?..
Ангел ахнул. Он не мог отказаться от дара – даже если б я потребовал его личного развоплощения. Ибо математика проста – двадцать за одного.
Но… Я не просил ничего, а вот это уже непрогнозируемая ситуация. Как её оценит Великое Равновесие?
– Слишком ценный дар… – прошептал Серафим, гипнотизируя взглядом кристаллы.
Может, там что-то личное? Подруга у него в демонических застенках или воспитатель?
– Высшие не одобрят, нам нельзя попадать в такую кабалу перед Тёмным, да ещё и столь явно подточенным Хаосом… Я… я возьму этот долг на себя!
Закусив губу, он набирался решимости, словно перед восхождением на Голгофу. Наконец, кивнув, ангел определился:
– Да! Так будет верно!
Понизив голос до едва слышного шепота и внимательно глядя мне в глаза, он произнёс:
– Моё истинное имя – Уриил! Я тот, кто охранял Рай! И я – твой должник!
Настал мой черёд вздрагивать, причём отнюдь не от холода. Неужели я действительно панибратски сижу в ледяной луже рядом с настоящим архангелом? С одной стороны, удивляться нечему. Крылатые создания есть, осталось лишь приложить к ним нашу веру, а за ней дело не станет. Веры у нас – как у дурака шишек…
Уриил уловил моё настроение. Криво усмехнулся.
– Не совсем настоящий. Скорее его очень бледная, колеблющаяся на ветру тень. Аватара не первого десятка. После обнаружения феномена срыва одна из церковных ветвей смогла продавить ввод нового игрового патча с каноническим переименованием верховных ангелов. Затем были визиты иерархов, многочасовые беседы с игровыми куклами и безуспешные попытки вызвать в нас искру истинной жизни. А после на Седьмое Небо пришли первые игроки…
Архангел улыбнулся воспоминаниям, а я подумал об Анунахе. Ведь именно ему вручила Прекраснейшая свиток портала на Седьмое Небо. Уж не знаю, за какие достижения…
Придя в себя, я медленно кивнул:
– Принимаю твой долг. Дабы не смущать людей, я буду называть тебя Ури. Ты не против?
Серафим сдавленно хрюкнул – то ли вправду знаком с нашим кинематографом, а может, реально получилось по-ангельски смешно. Кто там способен разобрать, что в голове у тысячелетних созданий и их аватаров?
– Хорошо… А теперь позволь мне немного уменьшить бремя долга… Оно гнёт к земле, и я с трудом расправляю крылья… Как зовут отдавшую жизнь во имя другого?
– Мона Лиза! – радостно вскинулся я, а затем осознал истинную правду. – И Таня… И Ольга…
– Дай мне их образы! – рявкнул архангел, спасая меня от самокопания и придавливая взглядом. – Думай! Показывай! Суть, не маски!
Ольга… Ласковый поставленный голос, участие в глазах, всхлипы в телефонной трубке, бархатная ладошка в моих руках. Та, что дала надежду и подарила шанс на вечную жизнь.
Таня… Резкая, гордая и чувственная. Вороное крыло волос, бьющаяся в экстазе татуировка розы. Долг – важнее личного счастья. Та, что раскрасила виртуал яркими красками и сделала его по-настоящему полноценным.
Лизка… Благодарила как могла. Охраняла как собственного младенца. Отдала то, что получила в дар. Показала пример самопожертвования и вновь пробудила во мне Глеба вместо постепенно берущих верх Феодала и Лидера.
Простите, девчата…
– Младший сержант Мона Лиза, – чеканю слова и кидаю Серафиму калейдоскоп образов.
Жаркая драка, где смеющаяся дроу кружится в танце клинков. Схватка взглядов, где дитя матриархата рефлекторно противится любому приказу. Изматывающая, как тренировка с железом, битва в постели.
Архангел хмыкает, прикрывает глаза и тянется разумом куда-то ввысь.
Мне не дано понять его действия, но пробой канала к чему-то невероятно-грандиозному – чувствуется на уровне природных инстинктов. Словно из снежной пурги шагнул в тепло натопленную избу, присел у ласкового очага, протянул к нему руки и вдохнул ароматы шкварчащего в жаровне шашлыка. Благодать как она есть…
Я не успел понежиться у отблесков чужого счастья, как Серафим разочарованно выдохнул:
– У нас её нет. Она в Великом Ничто и едва отзывается на своё имя. Почти забыла… Я бы мог воспользоваться связью двух влюблённых существ – она держится дольше всего, но с твоей стороны привязанность ничтожна, а с её – лишь шлак и пепел. Прости, но удар бога уничтожил то, в чём она черпала силы и чем инстинктивно прикрылась от разрушительной плазмы.
Я вздрогнул и закусил губу – мне ли скрывать правду от архангела? Да, не любил… Привязался, получал удовольствие, грелся в лучах обожания. И старался не думать о будущем.
