Она понимала, что в Сан-Рафеле их не будет.
— В Кармеле?
— Нет. Они разбросаны по разным местам, — сердито ответил Э. Б.
Черный.
Мэри — Энн никак не могла разобраться, на кого он злится: на нее, на членов группы или на своих сородичей — вугов. Казалось, что его раздражала вся ситуация.
— Вы увидите их снова, мисс Маккарлик. А теперь, если позволите, я вернусь к своей работе…
Детектив пополз в ее направлении, и Мэри — Энн отступила в сторону, испугавшись ненароком коснуться его. Э. Б. Черный напоминал ей других — тех существ, против которых они играли. Играли и выиграли! А затем их подло лишили победы.
— Нет, не подло, — возразил ей Э. Б. Черный. — Ваш выигрыш просто… задержали. Он по — прежнему ваш, и вы его обязательно получите.
Вуг помолчал и добавил:
— Со временем.
В его тоне сквозил оттенок удовольствия. Судя по всему, Э. Б. Черный не был огорчен тем положением, в котором оказалась «Милая Голубая Лиса». Его не волновал тот факт, что победителей Игры, напуганных до икоты, разбросали по разным городам страны. Что их едва не смешали с хаосом вселенной.
— Я могу улететь в Кармел? — спросила Мэри — Энн.
— Конечно. Вы можете катиться ко всем чертям, мисс Маккарлик. Куда пожелаете. Но мистера Шиллинга вы в Кармеле не найдете. Вам придется поискать его в каких-то других местах.
— Я поищу, — ответила Мэри — Энн. — И буду искать его, пока не найду. Его и Питера Сада.
Я не успокоюсь до тех пор, пока группа не соберется вместе, подумала она. В том составе, в котором мы играли против телепатов Титана. Пока я не найду всех, с кем встретилась в Кармеле несколько часов назад.
Несколько часов, а как давно это было.
Развернувшись на каблуках, она ушла из дома. Ушла и ни разу не оглянулась.
Голос, ворчливый и резкий, проник в мысли Шиллинга. Джо отпрянул от него — вернее, попытался это сделать — но голос крался следом.
— Эй, мистер Шиллинг, хм — м, э — э, хм — м, — невнятно тараторил он. — Можно вас на минуточку?
Пользуясь темнотой, голос подплыл к нему поближе и оказался совсем рядом, справа. От его удушливой близости Шиллингу нечем было дышать. Он начал задыхаться.
— Я лишь ненадолго отвлеку вас, и все. Хорошо?
Голос выжидающе замолчал. Джо тоже ничего не говорил.
— Ладно, — продолжил голос. — Я скажу вам, чего бы мне хотелось.
Как только вы оказались здесь, у нас в гостях, я подумал, вот это действительно особая честь…
— Отойди от меня, — прохрипел Шиллинг.
Он отмахнулся рукой, и ему показалось, что его ладонь прошла сквозь липкую паутину, беспорядочно сотканную из тонких пустых мыслей. Прошла и ничего не достигла.
А голос продолжал скулить:
— Да, так вот мы оба хотели спросить, Эс и я — конечно, если вы не против — вам ведь вряд ли когда — нибудь доводилось добираться до Портленда, верно? Так может быть у вас, совершенно случайно, есть запись Эрны Бергер?
Ах, черт! Ну как же она называлась? Да вы знаете, из «Зауберфлоте»[4].
— Ария Царицы ночи? — спросил Джо, с трудом переводя дыхание.
— Да! Вот именно!
Голос с жадностью наполз на него, придавив своей тяжестью. Теперь от него уже нельзя было отделаться.
— Да дум — дум дум, да ди — ди да — да дум дум, — присоединился к нему еще один голос, на этот раз женский.
Они оба накрыли Джо Шиллинга криком.
— Да, у меня есть такая пластинка, — ответил он. — Швейцарской фирмы грамзаписи «Хиз Мастерз Войс». С двумя ариями Царицы ночи. По одной на каждой стороне.
— И мы можем ее заказать? — в унисон спросили голоса.
— Конечно, — ответил Джо.
Перед глазами забрезжил серый фрагментарный свет. Ему удалось подняться на ноги. Где я, подумал он. В моем магазине пластинок? Нет. Голоса говорили, что я сейчас в Портленде, штат Орегон. А почему меня сюда забросило?
Наверное, эти вуги совсем сдурели. Джо осмотрелся вокруг.
Он стоял в гостиной незнакомого старого дома, на голом дощатом полу, перед изъеденным молью диваном в красно — белую полоску, на котором сидели две знакомые фигуры — мужчина и женщина. Эти маленькие коренастые люди, с давно нестриженными волосами, искоса посматривали на него, потирали руки и жадно облизывались.
— А может быть вы привезли эту пластинку с собой? — визгливым голосом спросила Эс Траур.
Глаза Леса, сидевшего рядом с ней, пылали от нетерпения. Он вскочил на ноги и зашагал по пустой гостиной, стены которой отозвались эхом на его шаги.
Проигрыватель, стоявший в углу, воспроизводил «Вишневый дуэт». Джо впервые в жизни захотел засунуть пальцы в уши, чтобы отделаться от этих мелодичных звуков. Они были слишком громкими и пронзительными. От них болела голова. Он отвернулся и сделал несколько глубоких вздохов, стараясь успокоить нервы.
— К сожалению, нет, — ответил он. — Пластинка осталась в моем магазине.
Ему хотелось пить. Я отдал бы полцарства за чашку горячего кофе, подумал он. Или крепкого чая марки «ю — лонг».
— Вам нездоровится, мистер Шиллинг? — спросила Эс Траур.
Он отрицательно покачал головой.
— Нет, я в порядке.
