- Это ты! – Девица ткнула ярко-розовым коготком в Никиту, и лицо её исказилось гримасой гнева.
- Мы уже на «ты», сударыня? – Калашников покачал головой и подняв руку, привлёк внимание метрдотеля. – Товарищ…
- Никол Вазгенович. – Сразу подошёл полноватый мужчина в тёмном костюме и белоснежной рубахе, с достоинством поклонился, и вопросительно посмотрел на Никиту.
- Никол Вазгенович, а у вас так принято, что какие-то люди мешают отдыхать гражданам в свой законный отпуск?
- Девушка, - Распорядитель зала повернулся к девице. – Или присядьте за свободный столик, и сделайте заказ, или покиньте ресторан. Здесь не место для скандалов и ругани, даже если вы испытываете к кому-то неодолимую неприязнь.
В ответ девица молча развернулась на каблуках, и вышла из зала, покачивая телом, а космонавты с вопросом посмотрели на Никиту.
- Ну примитивная же комбинация. – Калашников ухмыльнулся. – Типа я сейчас растаю, и побегу за ней словно собачка.
- Удивительно что ты не сорвался. – Прокомментировал Пацаев.
- Мне вера не позволяет. – Никита поднял бокал с лимонадом и сделал большой глоток.
- Какая вера? – Удивился Виктор Савиных.
- В торжество разума над бренной плотью. – Сидящие за столом рассмеялись.
- Ну а если серьёзно. – Не отставал Пацаев. – Ты же совсем молодой парень, да ещё неженатый…
- А чего вдруг я должен кидаться на всех девчонок? – Удивился Никита. - Ну допустим, видите вы такую неземную красоту. Всё при ней, ухожена, хорошо одета и пахнет призывно. А что там у неё внутри? Может она стерва, каких мало, дура, да или просто имеет букет болезней, среди которых венерические – самые безопасные? Скрытых дефектов в человеке столько что можно издавать отдельным томом. Помните, как в многотомной энциклопедии, отдельно шёл том «Замеченные ошибки и опечатки»? Так и с человеком. Всё совсем не просто. А в ситуации, когда она прямо идёт на контакт, всё становится крайне подозрительно. Потому что вы входите в ситуацию сближения, созданную не вами, и не на ваших условиях, а значит, как минимум вы входите на правах статиста. Да, после, есть все возможности перехватить управление, но сделать это порой очень сложно и весьма затратно. Вы же не сядете за штурвал незнакомого самолёта, просто так, из желания прокатиться? А если он недозаправлен? А если там двигатель последний раз проходил техобслуживание никогда? Жизнь одна, и прожить её желательно без глупых ошибок.
- Да. Верно говоришь. – Савиных кивнул. – Мы вместе с техниками по сто раз проверяем системы корабля. На каждую гайку толстенный том допусков и контроля. И уж никогда не садился в кабину без личного разрешения старшего механика машины.
- Тут ещё что важно, - Никита обвёл всех взглядом. – Дефектная техника может вас убить. Но дефектный человек, попавший в близкий круг, может вас фактически лишить душевого здоровья, превратив в неврастеника и психопата. А это очень трудно лечится.
- Знаю такие случаи. – Евгений Хрунов кивнул. – У меня товарищ по училищу так женился. Она всё требовала шмотки, курорты, и вместе с мамой выносила ему мозг. Через пять лет он развёлся, но комиссия всё равно списала. Пока лечится, и неизвестно получит ли допуск к полётам. – Он поднял бокал с соком, и сделал несколько глотков. – Но, однако крепко вас там учат. – Евгений покачал головой. – Ты же по линии Комитета служишь?
- Ага. – Никита кивнул. – У нас это называется «Дохлая кошка». К слову сказать, совсем необязательно это происки врагов. Такое можно ожидать и от так называемых друзей, например, от МВД, или Партконтроля, хозяев наших или иностранных изданий, или вообще проверка своих же, на разумность, ну и совсем маловероятное – дама отчего-то воспылала неземной страстью, и решила вот таким образом познакомиться. А играть совсем не хочется. Устал. Поэтому все так называемые случайные встречи, идут нахер, строевым, под барабан и флейту.
Около одиннадцати все разошлись, хотя гулянка в кабаке только набирала обороты. Но это отдыхающим завтра вставать к обеду, а у космонавтов жёсткий график, да и Никита уже привык подниматься в шесть утра, на тренировку, и медитацию.
По дороге майор Тихонравов доложил, что девица действительно числилась журналисткой, работая на несколько иностранных новостных агентств стрингером[1]. Но паспорт почему-то дипломатический.
