Многих присутствующих на совещании удивила предельно жёсткая позиция Калашникова по вопросам пробуждённых, но Никита спокойно и терпеливо пояснил, какие риски несут владеющие эфирными узорами, и долгоживущие люди. Тем более, что процент пробуждённых в СССР, а точнее в России куда выше чем в других странах, равно как и количество открывающихся порталов. Хорошо это или плохо, покажет время, но пока требуется взять ситуацию под жёсткий контроль.
- Но вас же никто не контролирует, заметил председатель ВЦСПС Шибаев.
- Это вы прямо сейчас придумали? – Никита словно на вошь посмотрел на главу профсоюзов. – За мной круглосуточно ходят пять сотрудников КГБ, они живут в моём доме, и спят в соседней комнате. Наружное наблюдение стало настолько обычным делом, что я реагирую, когда его нет. Волнуюсь всё ли в порядке с парнями. И это не считая того, что я являюсь офицером Комитета, и по службе подчинён целой куче людей.
- И я считаю, что контроль этот недостаточный! – Буквально взвизгнул Шибаев, чуть подскочив на стуле.
- Товарищи, мне обязательно отвечать на истерику этого гражданина? – Никита обвёл взглядом присутствующих. – Знаете, гражданин Шибаев. Тут мне недавно согласовали интервью, с корреспондентами газет Правда и Известия, и я им обязательно расскажу о вашей хамской выходке. Пусть рабочие сами дадут оценку главе профессиональных союзов СССР.
- Ты не сделаешь этого! – Шибаев вскочил с места, но Никита уже потерял интерес к разговору, и посмотрел на Косыгина ведущего заседание Совета Обороны.
- Товарищ Косыгин?
- Да, Никита Анатольевич. – Алексей Николаевич, скользнул неприязненным взглядом по Шибаеву. – Мне ещё интересно ваше мнение относительно консолидации усилий пробуждённых.
- Я понял. – Никита задумался. – Наверное стоит организовать какие-то консультации, для получивших инициацию, листовки там и прочее. Страна одна для всех, товарищ Косыгин, и пробуждённые тоже наши люди. Нужно чтобы страна повернулась к ним лицом, а не как сейчас – боком.
- Да что ты несёшь? – Председатель ВЦСПС снова вскочил с места потрясая кулаком.
- Валентин Павлович? – Косыгин обманчиво улыбнулся. – А что это вы скачете всё время, оскорбляете участников встречи, руками трясёте… возможно вы хотите поучаствовать в закрытии портала с иномирными тварями? Не вижу на вашем лице согласия. Возможно вы являетесь специалистом по вопросам пробуждённых? Тоже нет? Ну тогда, у вас наверняка богатый боевой опыт, в том числе и боевых столкновений с представителями иных цивилизаций? Я не слышу ответа. – Председатель Верховного Совета обвёл присутствующих взглядом. – Выношу на голосование вопрос лишения места в Совете обороны товарища Шибаева Валентина Павловича, с информированием Совета Профсоюзов, о поведении их председателя, при обсуждении… Единогласно. Спасибо товарищи. – Косыгин кивнул. – Прошу вас, товарищ Шибаев, покинуть заседание Совета Обороны.
Побелевший от ярости профсоюзный лидер выскочил из комнаты, попытавшись хлопнуть дверью, но тяжёлая створка мягко и беззвучно встала на место.
- Продолжайте, товарищ Клашников. – Косыгин приветливо улыбнулся.
- Спасибо. – Никита кивнул, собираясь с мыслями. – Понимаете, каждый одарённый - это в перспективе солдат первой линии. Боец, целитель, мастер узоров и много чего ещё. По определению, его деятельность будет опаснее, интенсивнее и нести кратно больше рисков чем у обычного гражданина, включая даже военнослужащих. Кроме того, эти люди оказались в шокирующей ситуации, и им требуется помощь. Кому психолога, кому тренера, а кому-то и просто консультанта. Им, и возможно их родственникам, потому что я уверен, что всё только начинается. Прорывы в городах мы конечно закроем. Облетим как минимум все крупные агломерации, и повытаскиваем все осколки пси-кристаллов. Но уже пространства между городами не сможем закрыть. Слишком велики территории. И каждый пробуждённый, как потенциально закрывающий такие прорывы – бесценен. Но при этом нельзя пускать в эту сферу никакой криминал, потому что эти паразиты способны изгадить, испохабить любое дело.
- Не любите криминал? – Хмыкнул генеральный прокурор Руденко.
